reforef.ru 1

Цикл «СюР». Новелла «Сигурелла».


…Я медленно шел по извилистым городским улочкам, изредка останавливаясь и удивленно озираясь по сторонам. Летнее солнце, поднявшись в зенит, определенно решило превратить землю в раскаленную сковородку. Черные булыжники мостовой явственно жгли пятки сквозь тонкие подошвы летних туфель. И если бы не широкие листья вековых платанов, то всему живому пришлось бы плохо. Но ветки деревьев за долгие годы тесно переплелись между собой и образовали над тротуарами естественную крышу. Сколько солнце ни старалось, оно никак не могло его прожечь. Поэтому под платанами вовсю хозяйничала тень с зеленоватым оттенком тайны. И жара здесь уже не казалась слишком изнуряющей…

При этом так ощутимо веяло прохладным морским бризом, что щеки были мокрыми от мелких брызг, а на зубах скрипела соль кругосветных путешествий. Казалось, еще один поворот - и во весь горизонт распахнется водный простор.

Однако, сколько бы я не поворачивал, море оставалось недоступным. Оно со мной заигрывало, звало, манило и искрилось где-то совсем близко. Но показаться отказывалось наотрез. Словно, как ребенок, играло в прятки. Я давным-давно остановил бы кого-нибудь из прохожих и попросил бы показать верный путь к берегу. Но сделать этого не мог по двум причинам. Во-первых, потому, что совершенно не знал местного языка. А во-вторых, как ни странно, но я еще не встретил ни единого человека. Скорее всего, в городе наступило время обеденного отдыха - сиесты…

В конце концов, любая суша со всех сторон окружена водой. Чтобы до нее дойти достаточно просто иметь время, терпение и умение держать прямой курс. Поэтому я продолжал, не спеша, двигаться наугад и надеяться, что рано или поздно зайду в тупик – к желанному прибою…
*

По обеим сторонам улиц возвышались уютные двух и трехэтажные домики. Они были раскрашены в такие яркие цвета, что, наверное, даже в самый ненастный день создавали ощущение карнавала. Почти каждый дом имел одну интересную особенность. Его стену обязательно украшал барельеф: небольшая плита из красной глины. Она служила фоном для причудливых скульптур…


Здесь можно было увидеть ковбойскую шляпу с лихо загнутыми краями и легкомысленной розочкой сбоку; увальня-медведя, лакающего мед из огромной бочки, которую он, запрокинув, держал над головой обеими лапами; грамотного кентавра с трезубцем в одной руке и с книгой – в другой…

Я словно попал в картинную галерею под открытым небом. Выдумка неизвестных мастеров всякий раз поражала. Среди барельефов я не встретил ни одного похожего. За исключением, пожалуй, одной детали. Над каждым из них была изображена фигурка юной девушки, у ног которой резвился дельфин. А ее голову венчала золотистая корона…
*
Внезапно повеяло сладковатыми ароматами восточных пряностей. И, буквально через пару шагов, рядом со мной оказался едва приметный магазинчик. Я нерешительно толкнул дверь. Она неожиданно легко отворилась. Над притолокой радостно затрезвонил медный колокольчик. У прилавка тут же появилась маленькая румяная женщина в чепце цвета кофе с молоком и таком же переднике. Она широко улыбнулась и что-то произнесла на незнакомом воркующем языке. Впрочем, к моему крайнему изумлению, я понял ее без всяких усилий. Продавщица просто поздоровалась и спросила, что мне угодно.

А еще через секунду выяснилось, что я не только способен ее понимать, но и разговариваю на незнакомом языке, как на родном: совершенно легко и непринужденно.

- Нет, мне ничего не надо, спасибо! – ответил я радушной женщине по имени Элен,- Дело в том, что я в вашем городе нахожусь проездом. Меня интересует один вопрос: на каждом доме присутствуют интересные скульптуры. Они разные, но имеют одну и ту же деталь: маленькую фигурку девушки с дельфином. Подскажите, кто это такая?

- О, это наш герб. На нем изображена Сигурелла – основательница и покровительница города! – с гордостью призналась хозяйка магазина. – Как гласит старинная легенда, она была царской дочерью. Однажды, ее корабль попал в страшный шторм. Принцесса неминуемо бы погибла, но в последний момент обратилась за помощью к богу времени Конросу и поклялась в случае своего спасения основать прекрасный город. Свирепая стихия неожиданно улеглась и появилась стая дельфинов. Они стремительно домчали Сигуреллу до ближайшего берега. Но она выполнила свое обещание. Так возник наш Конриаполь… Кстати, если уважаемый господин пожелает, то в качестве сувенира может приобрести замечательный набор специй. Он состоит из двенадцати отборных сортов и каждый из них сопровождает прекрасная картинка на сюжет этой древней истории. Набор стоит всего-навсего 7 крон…


Я разочарованно вздохнул, так как отлично понимал, что никаких заморских крон у меня нет и быть не может. Однако, чтобы лишний раз убедиться в отсутствии чудес, я запустил руку в карман брюк и извлек оттуда… толстую пачку разноцветных банкнот. Они были сложены пополам и обмотаны для надежности сразу двумя бухгалтерскими резинками. На каждой купюре в волнистой рамке была отпечатана уже знакомая пара: девушка, восседающая на дельфине. Поначалу смутившись, я быстро взял себя в руки. И, как ни в чем ни бывало, найдя синенькую бумажку с цифрой десять, уверенно положил ее на прилавок: «Вот, возьмите. Сдачи не надо…»

И, уже на выходе, у самого порога вспомнил и обернулся, чтобы задать последний вопрос: «Извините, вы не поможете найти мне дорогу к морю? Мне кажется, что оно где-то рядом, но я, очевидно, заблудился…» Хозяйка медленно покачала головой и, загадочно улыбнувшись, тихо ответила: «Не надо торопиться. Море само найдет вас…» А где-то вверху, словно подтверждая ее слова, насмешливо звякнул колокольчик…
*
Однако, море находить меня явно не торопилось. Я совершенно бесполезно проблуждал по городу еще пару часов. И вдруг, проходя мимо оранжевого домика с барельефом в виде обеденного натюрморта, резко почувствовал приступ поистине зверского аппетита. В воображении, несмотря на все усилия воли, отчетливо возникла только что поджаренная, еще дымящаяся котлета с аппетитной корочкой и запотевший бокал с напитком янтарного оттенка…

А когда я открыл глаза, то сразу заметил впереди большую вывеску. На ней с фотографической точностью были изображены мои плотоядные фантазии: дымящаяся котлета и пивная кружка, увенчанная шапкой белоснежной пены. На пену, выпучив глаза, с нескрываемым вожделением смотрели, примостившись рядом, гигантских размеров пурпурные креветки. Вывеска была выполнена в стиле голландских натюрмортов. Неизвестный художник не пожалел сочных красок. Поэтому морепродукты выглядели близкими родственниками кашалотов и акул. Но само заведение называлось достаточно пристойно: «Пивной причал». Недолго думая, я решил бросить якорь именно здесь…


Дверь из мореного дуба беззвучно открылась сама собой – словно меня ждали заранее невидимые привратники. Переступив порог, я оказался в просторном зале. Неожиданный порыв ветра заставил зажмуриться и отвернуться. Где-то поблизости, над левым плечом, романтически заголосила чайка. В разгоряченное лицо ударило влажный ветер. Можно было подумать, что я оказался на палубе старинного корабля. Не хватало только пеньковых канатов, хлопанья парусины над головой и бородатого боцмана с вечно матерящимся попугаем. Их с немалым успехом подменяли картины с морскими пейзажами, в обилии развешанные на дощатых стенах…


*
Чья-то рука осторожно взяла меня под локоть. Я вздрогнул и резко повернулся. Мне приветливо улыбалась официантка с холодными русалочьими глазами. На ее, выстиранной до белизны первого снега рубашке, висел бейджик «Анеле».

- Здравствуйте… Анеле! - пробормотал я

- Здравствуйте, дорогой гость! – сладко пропела официантка, - Мы рады видеть вас у себя. Кажется, вы здесь впервые? Не возражаете, если я предложу вам самое лучшее место в нашем заведении…

Я возражать не стал и уже через две минуты задумчиво перелистывал толстый фолиант с тисненой надписью «Меню». Воспользовавшись тем, что предложенный мне столик был накрыт скатертью, с бахромой, ниспадавшей до самого пола, я потихоньку снял башмаки и с наслаждением вытянул изможденные ноги.

- Пррраво ррруля! – отчетливо пророкотал кто-то над моим правым плечом. Я покосился на источник звука. Оказалось, голос исходил от картины с могучим парусным кораблем, который рассекал волны в живописной гавани. На капитанском мостике стоял человек в плюмаже и с подзорной трубой. Она была повернута прямо на меня. Я ощутил себя немного неуютно. Особенно настораживало то, что все многочисленные артиллерийские амбразуры были открыты для боя…

- Не пугайтесь, капитан Ромган всегда так встречает незнакомцев! – как легкий бриз прошелестел над ухом женский голос. Это была Анеле. Она незаметно подошла к моему столику с подветренной стороны. Причем выполнила этот маневр так тихо, что я не услышал ни малейшего шороха. Официантка осторожно поставила на стол миниатюрный поднос с узким стаканом, наполненным рубиновой жидкостью. В ней белел маленький кусочек льда.


- Этот наш фирменный напиток, - бархатным голосом произнесла Анеле, - подарок новому посетителю. Надеюсь, вы станете нашим постоянным клиентом.

И после паузы добавила: «А все, что вы сейчас закажете, я принесу немного погодя… Минут через десять. Надеюсь, вы не торопитесь?»

- О… - я просто потерял дар речи. Однако быстро нашелся и твердо ответил: «Нет! Пока не тороплюсь… Но, как именно вы поняли, что я хочу заказать?

- Пусть это останется профессиональной тайной! – туманно улыбнулась девушка и бесшумно исчезла в полумраке зала…
*
- Клянусь морским дьяволом, вам здесь понравится сударь! – произнес знакомый голос. Капитан Ромган уже не рассматривал меня с подозрением в подзорную трубу. Он стоял, облокотившись о деревянные перила, и добродушно попыхивал трубкой. Жерла пушек исчезли в глубине судна…

- Не хотите ли присоединиться к моей скромной трапезе? – стараясь быть галантным и по-пиратски изысканным, спросил я.

- О нет, сударь, покорнейше благодарю. Во-первых, я уже пообедал. А во-вторых, мне ни при каких обстоятельствах нельзя покидать корабль. Так задумал живописец, медузу ему в печень. Мое дело – вечно держать курс на рассвет. Честно признаться, сударь, мне это давно осточертело. Ни одного кровавого абордажа, ни одной захватывающей погони и ни одного настоящего девятибального шторма за сто двадцать пять лет – слыханное ли испытание для настоящего морского волка? Разрази меня гром, эта гавань мне порядком надоела!

Капитан ожесточенно пыхнул трубкой.

- Сочувствую, уважаемый сэр Ромган, - ответил я, в третий раз пригубив дармовой напиток, - но есть один существенный вопрос.

- Странно, на берегу еще остались какие-то вопросы… – недоуменно пробормотал капитан Ромган. И задумчиво сплюнул в нарисованные волны...

- Представьте себе, еще остались – развел я руками, - Вот, например, я сегодня часов шесть подряд хожу по улицам этого города и никак не могу попасть к морю. Я слышу все, что угодно: крики чаек, шум прибоя, причитания гальки, чувствую запах морской пены, но… где же сами чайки и прибой?

*
- Вот ваш заказ: пиво «Элисот», очень вкусное, - неожиданно прервала меня официантка, - салат «Миррейн» из десяти сортов рыб, омаров, креветок и икры. Ну и, конечно же, ваша любимая котлета по-киевски! Приятного аппетита!

Передо мной появилось огромное блюдо из серебра. По форме оно чем-то напоминало палитру. Только вместо красок были тарелочки с аппетитными закусками. Я поблагодарил Анеле и повернулся к картине, чтобы продолжить разговор с Ромганом. Но…корабля там уже не было. Его паруса белели почти у самого горизонта. Оставалось только догадываться, что побудило капитана столь поспешно сняться с якоря…

На прощание, получив от меня щедрые чаевые, Анеле наклонилась к самому уху и тихо произнесла, почти прошептала: «Очень рекомендую посетить наш музыкальный парк. Сегодня вечером играет трио: скрипка, флейта и рояль. Возможно, там вы, наконец, найдете то, что ищете…»
*
Впрочем, время для разгадки всех тайн убывало с впечатляющей быстротой. Это можно было понять, даже не глядя на часы – просто почувствовать разгоряченным лбом сумеречный сквозняк. Я решил последовать совету Анеле. Тем более, что парк, в отличие от моря, не пришлось долго искать. Он находился всего в сотне метров от «Пивного причала». Из-за живой изгороди, которой служили цветущие кусты шиповника, доносились звуки скрипки. Свернув в первый же проход между кустами, я пошел на музыку, петляя по узким дорожкам между зарослями магнолий и юкк…

Вскоре я вышел к небольшой эстраде в виде большой перламутровой раковины. Внутри ее стоял маленький человек в помятых белых брюках и светлой рубашке с короткими рукавами. Устало закрыв глаза, он энергично водил смычком по струнам. Кажется, в этот момент он играл венгерский чардаш. Я пришел как раз к концу композиции. Раздались аплодисменты. Какая-то женщина жизнерадостно крикнула: «Браво!»

Скрипач молча поклонился, отошел к маленькому столику в глубине сцены, чтобы сделать пару глотков из хрустального бокальчика, и снова вернулся на привычное место. «А сейчас я сыграю ноктюрн посвященный Сигурелле!» - сказал он необычайно низким голосом. Я немного удивился, потому что такой тембр более подходил для водителей большегрузных грузовиков или генералов. Но, буквально через секунду, забыл обо всем. С первым прикосновением смычка к струнам, полилась удивительно чистая и светлая мелодия. Возникло такое ощущение, что будто в раскаленной пустыне я наткнулся на родник с ледяной водой. Ее пьешь и пьешь, но напиться никак не можешь…


*
Когда высохший лист платан, планируя вниз, случайно задел мою щеку, я вздрогнул, как от пощечины. И тут же посмотрел на горизонт: солнце уже коснулось его. Скоро должна была наступить кромешная южная ночь. Сцена была пуста, зрители уже разошлись. В парке робко замерцали золотистые фонари. Стараясь выглядеть респектабельно и не сорваться на бег трусцой, я торопливо направился к выходу. Но довольно скоро понял, что… не помню, как он выглядит. Может быть, это железные ворота, под аркой? Или небольшая калитка в высоком заборе? Или неприметная дверца в кирпичной стене? Нет, я ничего не помнил. Быстрым шагом, я прошел, кажется, все дорожки в маленьком парке. И не по одному разу. Но каждый раз выходил к опустевшей эстраде. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Где-то под сердцем нехорошо заворочалось отчаяние…

И тут кто-то осторожно коснулся моего плеча. Я вздрогнул и быстро обернулся. Сзади стояла девушка небольшого роста с выразительными карими глазами. На ней была какая-то легкомысленная туника с воланами и кокетливая шляпка с короткими полями. Ее лицо мне показалось очень знакомым.

- Извините, – слегка нараспев произнесла она, - вы, наверное, заблудились? Если хотите, я могу тотчас проводить вас к выходу из города. Хотя мне известно, что целый день вы искали не его, а дорогу к морю. Что же вы выбираете сейчас, на закате?

- Наверное, море, - ответил я немного поколебавшись, - побывать в приморском городе и ни разу не оказаться на берегу – выглядит несуразно, не так ли? В конце-концов выход никуда не денется!

- Возможно, вы правы, – улыбнулась девушка, - Следуйте за мной!

И, не оборачиваясь, она буквально поплыла по темнеющим аллеям парка. Я поспешил за ней…
*
Я стоял у края каменного пирса, уходящего далеко в море. Прямо напротив меня, медленно тонуло распаренное до красноты солнце. Ему оставалось совсем чуть-чуть.

- К сожалению, мне пора! – медленно и как-то отстраненно произнесла моя спутница, - Вы нашли дорогу к морю. Теперь вам придется искать путь домой. Сколько на это потребуется времени, я сказать не могу. Но, в любом случае, желаю вам удачи.


И она сделал шаг с края пирса. Я ахнул и был готов броситься в воду, чтобы спасть ее. Но раздался легкий всплеск, волны забурлили и откуда-то из глубин показалась гладкая, переливающаяся оттенками заката спина дельфина. Мгновение спустя он уже уносил незнакомку прямо в открытое море. На прощание она несколько раз махнула мне рукой…

Неожиданно, в мельчайших деталях, вспомнилось, как выглядит выход. Это невзрачная деревянная дверь в маленькой квартирке на третьем этаже в небольшом провинциальном городке, заросшем тополями. Но было уже поздно. Солнце с шипением погасло и с неба хлынула теплая тьма, густо перемешанная со звездами. Где-то далеко заливисто смеялась Сигурелла…


Copyright © Юрий Николаевич Колесников 2011 Все права защищены