reforef.ru 1 2 ... 37 38
Стивен Тернбулл


Самураи (Военная история)
Военная история человечества –


Тернбулл Стивен

Самураи (Военная история)
Тёрнбулл Стивен

Самураи. Военная история

Перевод с английского А. Б. Никитина

А.Б. Никитин: Излишним было бы говорить, что книга Стивена Тёрнбулла "Самураи. Военная история" - одно из лучших обобщающих исследований по данной теме. Как и должно быть в настоящей военной истории, описания битв и кампаний тесно переплетены здесь с политикой, экономикой, религией, личными амбициями и страстями японских правителей и полководцев.

Содержание

Предисловие

Глава I. Боги и герои

Глава II. Будда и буси

Глава III. Война Гэмпэй

Глава IV. Падение дома Тайра

Глава V. Звездный час самураев

Глава VI. Клятва верности

Глава VII. Век войн

Глава VIII. Святые и самураи

Глава IX. Чай и мушкеты

Глава X. Корейская война Хидэёси

Глава XI. Последние счеты

Глава XII. Упадок и возрождение

Приложения

Предисловие

От переводчика

Излишним было бы говорить, что книга Стивена Тёрнбулла "Самураи. Военная история" - одно из лучших обобщающих исследований по данной теме. Как и должно быть в настоящей военной истории, описания битв и кампаний тесно переплетены здесь с политикой, экономикой, религией, личными амбициями и страстями японских правителей и полководцев. Несмотря на то, что текст содержит массу японских терминов, имен и названий, мало что на первый взгляд говорящих рядовому читателю, книга читается очень легко. Специальные термины тут же разъясняются, к тому же их оказывается не так уж и много, а по мере углубления в текст герои тысячелетней японской истории, все эти Тайра, Минамото, Кусуноки, Такэда и Токугава начинают восприниматься как старые знакомые. Автор не перегружает текст названиями японских боевых подразделений, мер длины, денежных единиц и пр. Они присутствуют только там, где это необходимо. В русском переводе английские футы были переведены для удобства в метры, однако английские мили решено было оставить, а не переводить в километры, поскольку речь чаще всего идет о расстояниях приблизительных. В главе о японском вторжении в Корею для обозначения частей японской армии используется слово division - дивизия, что, хотя и кажется некоторой модернизацией, довольно точно передает суть - речь идет о боевых единицах численностью 15-20 тысяч человек. Как признает сам автор, при подготовке нового издания книги им были исправлены некоторые ошибки и неточности, допущенные в первом издании. В новом издании была замечена только одна неточность, которую мы позволили себе исправить при переводе. На с. 25 (оригинала), где Кадзивара Кагэтоки перечисляет свою родословную и подвиги своих предков перед битвой при Ити-но-тани, он вовсе не утверждает, как показалось С. Тёрнбуллу, что он участвовал в осаде крепости Канэдзава под началом Минамото Ёсииэ. Он вполне определенно говорит о деяниях своего предка Гонгоро Кагэмаса. По-видимому, автор воспользовался не очень точным переводом соответствующего места из "Хэйкэ моногатари". Обращение к русскому переводу (сделанному И. Львовой, Москва, "Художественная литература", 1982 г., с. 420) позволило сделать необходимое исправление.


Никитин А. Б.

К изданию 1996 г.

Двадцать лет назад, заканчивая рукопись этой книги, я начал предисловие фразой: "Слово "самурай" стало привычным". Оно стало еще более обыденным благодаря успеху этой книги, и я рад, что теперь в серии "Японская библиотека" появилось первое ее переиздание в мягкой обложке.

Естественно, что за последние двадцать лет, написав еще десяток книг, я нашел в "Самураях" некоторые ошибки, которых не мог заметить, когда только что закончил рукопись. Настоящее издание позволило мне еще раз проверить весь текст, и мне было приятно отметить, что всё это ошибки второстепенные, касающиеся в основном дат и некоторых терминов. Помимо этих исправлений, текст не требовал особой редакции, однако я воспользовался случаем и удалил некоторые оценки и суждения, а также различные комментарии, показавшиеся мне не совсем точными. Так, например, я характеризовал ряд сражений при Каванакадзима как "галантный турнир" - едва ли подходящее определение для кампании 1561 г., когда потери со стороны Уэсуги составили 72%!

Я решил не добавлять новых глав к этой книге, поскольку последующие мои публикации в достаточной мере ее дополняют. Описание периода Эдо содержится, как и прежде, в одной главе. То была "эпоха мира" - для военной истории большего и не надо. Мало что здесь говорится и о самураях как покровителях искусств. На этих страницах самурай предстает исключительно как воин.

Эта книга о людях, поэтому я не приношу извинений за то, что привожу в ней большое количество японских имен. Чтобы облегчить задачу читателю, я игнорирую странный самурайский обычай менять имя каждые несколько лет и называю каждого тем именем, под которым он более всего известен. Сперва идет, по старинному японскому обычаю, родовое имя, затем личное. Так, например, Токугава Иэясу (т.е. Иэясу из дома Токугава) начал свою жизнь как Такэтиё, а в возрасте пятнадцати лет его стали звать Мацудайра Мотонобу. Год спустя он был уже Мацудайра Мотоясу. Когда ему исполнилось двадцать, он заменил данное ему имя на Иэясу, а в двадцать семь отказался от своего родового имени ради фамилии Токугава. После смерти он был обожествлен как Тоо-сё-гу. В этой книге я всюду называю его Токугава Иэясу.


Я упростил также чтение дат, переведя на европейский стиль все встречающиеся в хрониках и эпических произведениях даты лунного календаря при помощи "Таблиц японской хронологии" Брамзена. Транскрипции имен даны по системе Хепбёрна. Чтобы избежать тавтологии и безобразного смешения японских и английских слов, я сохранил некоторые суффиксы в именах и названиях, а именно: -гава (река), -дзи (буддийский храм или монастырь), -яма (гора или холм), -сима (остров).

Я пользуюсь случаем, чтобы поблагодарить следующих лиц и организации за предоставление иллюстраций для этой книги и за оказанную помощь в работе над ней: Пола Норбри из Японской библиотеки, Роджера Клива из Оспри Паблишинг, которым я благодарен за своевременные и полезные советы при подготовке первого издания; Гилберта Смита - за переводы с японского; К. Б. Гарднера, помощника хранителя Отдела восточных рукописей и печатных книг Британской библиотеки, который помогал мне в поисках нужной литературы и предоставил японские оригиналы, положенные в основу моих карт и схем; Джона Андерсона, позволившего использовать свою коллекцию, чтобы проиллюстрировать развитие вооружения, и всех моих коллег в Северном отделении Британского общества То-кэн, организации, так много сделавшей для поощрения серьезных исследований в области японского оружия. Особо я хочу поблагодарить моего друга Яна Боттомли, коллекция которого послужила материалом для нескольких иллюстраций и который предоставил мне возможность пользоваться своей неопубликованной монографией о японском защитном воружении, написанной в соавторстве с Дж. Хопкинсом.

Б. В. Робинсон из Музея Виктории и Альберта, Х. Р. Робинсон из Арсенала Лондонского Тауэра, д-р Наёси Ии, мэр Хиконэ, Ёсинобу Токугава, директор фонда Токугава Рэймэйкай, Ёсими Хаяси, директор музея Акидзуки в Фукуока, Лаури Аллен из Рида, Австралия, Луи Аллен из Даремского университета оказали мне помощь и дали полезные советы при подготовке книги. И. Дж. Кларк и Э. Дж. Хит дали практические советы, связанные с процессом публикации; синьора С. Росси любезно предоставила переводы с итальянского. Д-р М. Тондж, мой бывший коллега по Даунинг-колледжу, Кембридж, снабдил меня некоторыми ценными корейскими материалами. Я хотел бы поблагодарить Японское общество Лондона за разрешение пользоваться его протоколами.


И еще я хочу поблагодарить мою дорогую супругу Джо, без постоянной поддержки и помощи которой эта работа не увидела бы свет.

Стивен Тёрнбулл

Отдел восточноазиатских исследований

Лидсский университет, ноябрь 1995 г.

* * *

Япония вошла в современный мир в 1868 г. под знаком реставрации власти императора, призрачной фигуры, которая на протяжении многих веков была отстранена от реальной власти гегемонами из самурайского сословия, правителями-воинами. По сути в реставрации Мэйдзи, по крайней мере на ранних ее этапах, было мало радикального или революционного, ибо осуществили ее представители того же самурайского сословия, а император остался тем же, чем он был с древнейших времен - гарантом легитимности власти других людей. За одно десятилетие новые правители-самураи направили Японию на путь модернизации, и хотя по ходу дела им пришлось отказаться от феодальных привилегий собственного класса, бывшие самураи фактически стали лидерами во всех сферах жизни современного японского общества. Что еще более важно - они привнесли в современную эпоху тот самурайский дух воинской чести, которому суждено было определять поведение японца по крайней мере до конца второй мировой войны, когда японские солдаты шли в бой со старинными самурайскими мечами и погибали под огнем врага в самоубийственных психических атаках.

История самураев - это история Японии на протяжении большей части последнего тысячелетия, и поэтому не следует приписывать самурайские традиции исключительно прошлому. Прежде всего, невозможно понять современное японское общество и поведение японцев, не представляя себе ценностей прежней Японии, а эти ценности развивались прежде всего в среде самураев. Более всех прочих современных народов японцы связаны узами той личной преданности и долга, которые обычно называют "феодальными". Применим ли термин "феодальный" к нынешним условиям или нет, в поведении современных японцев явственно проступает многое из того, что является наследием их самурайского прошлого.


Помимо того, что история самураев многое объясняет в поведении японцев, она сама по себе чрезвычайно увлекательна и колоритна. Никто точно не знает, когда в Японии появились самураи. Древнейшие письменные источники, дающие о них какие-либо определенные сведения, относятся к X в. Кажется очевидным, однако, что появление провинциальной военной элиты должно восходить к гораздо более раннему времени, возможно - к периоду доисторических гробниц IV - V вв. С X в. самураи постепенно увеличивали свои земельные владения, а к концу XII в. верховная власть в Японии окончательно переходит в руки самурайской верхушки.

Удивителен не сам факт перехода власти к самураям, а то, что это произошло не путем низвержения или уничтожения класса придворной аристократии в Киото, представители которой до тех пор управляли страной в качестве министров императорского двора, а за счет его постепенного вытеснения. Самураи, в массе своей грубые воины из отдаленных провинций, восхищались светскими манерами и классической культурой придворных и охотно стремились подражать им. После того как в XIV в. центр военной власти был перенесен в Киото, самураи стали приобщаться к придворной жизни и сами превратились в покровителей искусств. Правившие в то время сёгуны Асикага гораздо больше преуспели именно в этом, а не в поддержании мира. Годы их правления (1336-1573) отмечены почти непрерывными гражданскими войнами.

Таким образом, когда к концу XVI в. прекратились войны и мир надолго воцарился при сёгунах из дома Токугава, в среде самураев уже сложились не только кодекс поведения воина, но и богатая традиция покровительства изящным искусствам. Период Токугава (1600-1867) дал самураям и первую возможность обратить внимание на искусство управления страной не одними лишь принудительными методами. Продолжительность этого периода и мир, почти не нарушавшийся военными столкновениями, свидетельствуют о приспособляемости самураев к новым условиям, об их успешном превращении из военного сословия в администраторов. В то же время, даже в век всеобщего мира, их никогда не покидало сознание, что они воины; именно в период Токугава самураи выработали кодекс бусидо, или "путь воина". Романтизируя воинскую силу предшественников и рассуждая о своей новой моральной и интеллектуальной ответственности в качестве гражданских правителей, самураи воплотили в бусидо моральные принципы, которым японцы продолжали следовать, даже когда вмешательство западной цивилизации вынудило их совершить переход в новую эру.


После поражения во второй мировой войне японцы предпочли на какое-то время забыть о бусидо, однако в последние годы они вновь смогли увидеть свое прошлое в его истинном свете и с энтузиазмом восприняли телесериалы, фильмы и книги, расказывающие о подвигах лихих самураев былых времен.

Стивен Тёрнбулл создал живое захватывающее повествование о самураях. Начав с самых ранних свидетельств о воинских традициях в мифологии доисторической Японии, он проследил эволюцию самурайского сословия от самых истоков через века славы и власти до разложения в начале периода Мэйдзи. Его рассказ построен на весьма солидной основе. Прежде всего его интересует военная история, он дает превосходные описания сражений и военных походов, но всегда рассматривает войны и развитие военного дела на фоне тех исторических и социальных явлений, которые их породили. Многие современные англоязычные авторы, пишущие о Японии, уделяют внимание исключительно военной истории. "Самураи" - это нечто большее, чем описание походов и сражений.

Пол Варли

Колумбийский университет

Глава I.

Боги и герои

Когда Небо и Земля были единым целым, а мужское и женское начало еще не разделились, все сущее представляло собой хаотическую массу, содержавшую зародыш жизни.

Затем появилось подобие ростка тростника, возникшее из хаоса, когда более легкие и чистые элементы поднялись вверх, чтобы образовать Небо, а более тяжелые осели и стали Землей. Эта загадочная форма превратилась столь же мгновенно, как и возникла, в первое божество, Куни-токо-тати, "Божество Владыку Августейшей Середины Неба".

Затем возникли другие боги. Все они рождались по одному, пока не появилась пара божеств, Идзанаки и Идзанами, т.е. Зовущий Мужчина и Зовущая Женщина. Когда они вместе стояли на плавучем мосту Неба и с любопытством смотрели на плавающую внизу Землю, старшие боги дали им украшенное драгоценными камнями коралловое копье. Они погрузили его в Океан и взбудоражили его воды. Когда они вынули копье, с его наконечника упали капли. Капли застыли и образовали острова, и на один из них спустилась божественная пара. Они установили коралловое копье в качестве центрального столба и опоры своего дома. Так была создана Япония.

Это начало японской истории изложено в старейших японских хрониках, "Кодзики" и "Нихонги", составленных в начале VIII в. В этом мифе творения мы уже видим основополагающие аспекты японской традиции, наиболее важные из которых - концепция божественного происхождения япон - ских правителей и использование оружия в качестве символа власти. Если бы наш анонимный хронист захотел выступить не только как летописец, но и как пророк, он не смог бы отыскать более подходящей метафоры для истории последующих десяти столетий, ибо до новейшего времени боевому оружию, воплощенному в японском мече, суждено было оставаться основой общества, а характер борьбы и военных столкновений определял его развитие.


следующая страница >>