reforef.ru 1 2 ... 18 19


Сатанинская хроника
Посвящается Алле М.



Введение 1

Глава I 2

Глава II 6

Глава III 13

Глава IV 22

Глава V 31

Глава VI 40

Глава VII 51

Глава VIII 61

Глава IX 77

Глава X 98

Глава XI 117

Глава XII 136

Глава XIII 148

Заключение 167



Введение


Проблема преемственности является одной из важнейших для традиционного сатанизма. Традиционные сатанисты не считают Сатану некой абстрактной идеей, которую возможно трактовать как архетип, эгрегор, силу природы, символ революционной борьбы пролетариата, воплощение русского национального духа - у кого, на что хватит ума и фантазии. Все это наукообразное мифотворчество является лишь боковым ответвлением настоящего сатанизма - религии, основанной на почитании личностного темного божества. В отличие от неосатанистов, мы не можем себе позволить роскоши считать сатанизмом то, что нам нравится, и при формировании своего мировоззрения мы вынуждены отталкиваться от исторических фактов. Данная работа является попыткой, наконец, расставить все точки над “i” и показать сатанизм в его становлении на протяжении как минимум последних двух с половиной тысяч лет человеческой истории. Стоит отметить, что в данной работе очень слабо затрагивается вопрос о том, что собственно представляет из себя “сатанизм как учение”, чем является “сатанинская традиция”. На это я могу ответить, что в данной работе и не ставилось целью показать суть философии “сатанинского традиционализма”: этот вопрос подробно рассмотрен, в частности в книге главного идеолога традиционного сатанизма Дазарата “Система Дьявола”, а также в ряде его и моих статей. “Сатанинская Хроника”, по сути, вторична по отношению к тем программным документам - в ней показывается только “как развивался сатанизм”, но не “что развивалось”. По этой же причине, я не заостряю внимание и на том, почему я считаю правильным восприятие Сатаны исключительно как личности: этот вопрос был подробно рассмотрен в других работах идеологов традиционного сатанизма, к примеру, в статье Дазарата “За Сатану с метафизическими рогами и материальными копытами”. Здесь же не будет какой-то особой философской глубины: тут показана только история Традиционного сатанизма со времен античности и до наших дней.

Исс

Глава I


Там, где заходит Солнце…
Вопрос о месте и времени зарождения сатанизма пока остается без ответа. Большинство наших оппонентов-белосветников считает это учение всего лишь перевертышем христианства и, как следствие, зародившимся в недрах христианского мира, как вариант - в недрах иудаизма (эта гипотеза особенно по душе всяким безумным славянофилам-жидоедам). Мнения же самих сатанистов о происхождении их мировоззрения сильно разнятся. Самый распространенный вариант - это непривязанность к конкретному времени и месту, в предшественники же сатанизма записываются все культы темных божеств, какие только можно припомнить - от скандинавских до южноамериканских. Самым размытым в географическом и хронологическом планах является, пожалуй, определение, данное Олегерном и Варраксом в “Princeps Omnium”: “Сатанизм - это не конкретная историческая религия (и не религия вообще). Это следование определенному архетипу сквозь все религиозные и философские системы”. Короче и яснее не скажешь.
Другие сатанисты считают, что их учение имеет корни в доисторических, а то и дочеловеческих культах (уж у кого, на что фантазии хватит). Иные возводят свои истоки к шумерам, египтянам, друидам и т.д.
Безусловно, почитание темных богов и духов было везде и всегда, у любых народов и цивилизаций. Но с другой стороны само понятие “сатанизм” по своему смысловому значению не тождественно “почитанию темных богов”. Приверженцы Кали, Эрлика, Тецкатлипоки исповедуют темные демонические культы, но не являются сатанистами. Отличие тут, естественно, не в самом объекте (или объектах) почитания и даже не в тех способах, которыми они пытаются достигнуть единения с темным божеством - во многом они являются схожими. Речь идет скорее о конкретно-исторических условиях, способствовавших появлению сатанизма, и о той специфике, которую они наложили на эту религию.

Сатанизм как совокупность определенных вероучений и форм культовой практики сформировался в рамках вполне конкретной традиции и цивилизации, а именно - западной. Он прошел длинную и запутанную эволюцию от демонических культов язычества, через дуалистические ереси средневековья, “черные мессы” Нового времени к учению Кроули, “Церкви Сатаны” и ОНА. Впрочем, и сейчас эта эволюция далеко не закончена. Речь идет не о преемственности, каких бы то ни было институтов или организаций, которых на протяжении всей истории сатанизма, скорее всего и не существовало. Скорее это некая преемственность идей, а также ритуальной практики, логически вытекающей из этих самых идей.

Но прежде чем говорить о сатанизме, не помешает рассмотреть ту “среду”, в которой он, собственно говоря, и возник: то есть западную, или, как сейчас модно говорить, евроатлантическую цивилизацию. Главный апологет теории “столкновения цивилизации”, директор Института стратегических исследований при Гарвардском университете Сэмюэл Хантингтон выделяет следующие характерные черты Запада:
1. Античное классическое наследие. Запад унаследовал от античной цивилизации многое, включая греческую философию и рационализм, римское право, латынь и христианство. Конечно, Запад не является единственным наследником античности - исламская и православная цивилизация также восприняли оттуда определенные идеи, но в значительно меньшей степени, чем Запад.
2. Католицизм и протестантство. Западное христианство является, пожалуй, самой важной отличительной особенностью европейской цивилизации. Все Средневековье и значительную часть Нового времени именно самоидентификация себя как католика (а позже протестанта) определяла принадлежность человека к Западной цивилизации.
3. Языковое многообразие. В отличие от других цивилизаций, где имеются свои стержневые языки (китайский, арабский, русский), Запад включает в себя множество народов, говорящих на германских, романских, славянских, балтских и финно-угорских языках.
4. Разделение духовной и светской власти. Хантингтон пишет: “Бог и кесарь, церковь и государство, духовные и светские власти - таков был преобладающий дуализм в западной культуре. Только в индусской цивилизации было столь четкое разделение на религию и политику. В исламе Бог - это кесарь, в Японии и Китае кесарь - это Бог, в православии кесарь - младший партнер Бога. Это разделение и неоднократные столкновения между церковью и государством, столь типичные для западной цивилизации, никогда не приобретали такого широкого масштаба в других регионах мира”.

5. Господство закона. Эта концепция была унаследована от римлян. Средневековые мыслители развили идею о природном законе, согласно которой монархи должны были применять свою власть, и в Англии появилась традиция общего права. Во время фазы абсолютизма (XVI-XVII века) торжество права наблюдалось скорее в нарушении закона, чем в соблюдении его, но продолжала существовать идея о подчинении человеческой власти неким внешним ограничениям: “Non sub homine sed sub Deo et lege” (лат.) - “Не под человеком, а под Богом и законом”.

6. Социальный плюрализм. Запад отличался тем, что там всегда существовали различные автономные группы, не основанные на кровном родстве или узах брака. Начиная с VII-VIII веков, эти группы сначала включали в себя монастыри, монашеские ордена и гильдии, затем они расширились, и к ним во множестве регионов Европы присоединилось множество союзов и сообществ. Помимо этого, существовал и плюрализм классовый: в большинстве европейских стран в обществе была относительно сильная и автономная аристократия, крепкое крестьянство и небольшой, но значимый класс купцов и торговцев. Сила феодальной аристократии была особо значима в сдерживании тех пределов, в которых среди европейских народов мог прочно укорениться абсолютизм.
7. Представительные органы. Социальный плюрализм, в свою очередь, дал начало сословиям, парламентам и другим институтам, призванным выражать интересы аристократов, духовенства и других групп. Эти органы обеспечили формы представительства, которые во время модернизации развились в институты западной демократии.
8. Многие из вышеперечисленных факторов предопределили, в свою очередь, появление еще одной характерной черты Западной цивилизации - чувства индивидуализма и традиции, индивидуальных прав и свобод, не имеющих равных среди прочих цивилизованных обществ. Индивидуализм и по сей день остается отличительной чертой Запада среди прочих цивилизаций.
Хантингтон подчеркивал, что приведенные характеристики не присутствовали всегда и повсеместно в западном обществе: многие деспоты в западной истории регулярно игнорировали господство закона и распускали представительные органы. Не утверждал он и того, что ни одна из этих черт не проявлялась в других цивилизациях.

“По отдельности ни один из этих факторов не был уникален для Запада. Однако их сочетание было уникально, и это дало Западу его отличительные особенности. Эти концепции, принятые практики и общественные институты просто были шире распространены на западе, чем в других цивилизациях. Они - то, что сделало Запад Западом, причем уже давно. И они же во многом стали факторами, которые позволили Западу занять ведущее место в модернизации самого себя и всего мира”.

Именно эти характерные черты западного общества и предопределили специфику становления культа Темного божества на Западе. Сатанизм в Западной Европе был вынужден существовать в условиях общества, пронизанного белосветной идеологией - западным христианством, присутствовавшим во всех сферах общественной, политической и культурной жизни. Отношение к любому проявлению культа-противника верховного божества здесь могло быть только одно - полное и безоговорочное отрицание. Соответственно любой, кто, так или иначе, пытался вступить в некое взаимодействие с демоническими существами, автоматически противопоставлял себя белосветной религии. Более того - все, что, так или иначе, порицалось церковью, почти неизбежно ассоциировалось с Дьяволом. Это же породило и такое, к сожалению, до сих пор еще неизжитое явление в сатанизме, как поставленное во главу угла антихристианство. Впрочем, здесь западное общество как раз и не было чем-то особо выдающимся - такое же отношение предопределялось и господствующей идеологией стран исламской и православных цивилизаций.
Другая особенность западной цивилизации - господство закона - сама по себе не противоречила культу Дьявола, до тех пор, пока приверженцы этого самого культа не нарушали светское законодательство. К сожалению, это было только в теории - на практике давление белосветной идеологии в Европе было настолько сильно, что преступления против религии де-факто, а часто и де-юре становились уголовным преступлением. А существование кроме светского еще и церковного суда и наличие собственной карательной организации у католической церкви предопределили размах и жестокость преследования действительных либо мнимых поклонников Дьявола. Справедливости ради стоит отметить, что ритуальная практика сатанистов и впрямь могла нарушать светское законодательство.

В то же время господство закона внесло и очень важный момент в развитие сатанизма - идею договора с Дьяволом. Универсальная страшилка белосветных пропагандистов, осмеянная большинством неосатанистов, эта идея, тем не менее, несет в себе огромный потенциал: с Дьяволом можно договориться и вообще сотрудничать. В этом его отличие от белосветного бога, с которым никакие договоры немыслимы по причине непостижимого величия этого самого бога. Что, может быть, и возвышенно, и прекрасно, но как-то… неудобно. Поэтому церковники во всех своих пропагандистских творениях на эту тему неизменно добавляли, что ЛЮБОЕ соглашение с Дьяволом ведет к погибели души и ее вечным мучениям. Понятно, что больше ничего им говорить не оставалось, однако народный фольклор это объяснение не устраивало. Идея договора с нечистой силой оказалась живучей и породила массу занятных и не очень легенд о том, как обмануть Дьявола (пообещать душу, когда догорит свеча, и задуть ее (а иногда - съесть), пока она горит, пообещать душу кого-то, кто первый пройдет через некое место, и пустить туда животное и т.д.). Впрочем, подобным надувательством дело не ограничивалось: существовали и более честные практики, о которых я напишу в главах, посвященных средневековью. Пока же ограничусь выводом: идея договора с Дьяволом означает, среди прочего, и одну из главных идей Традиционного Сатанизма - идею сотрудничества с Темным Божеством.

Фольклорные сюжеты подводят нас еще к одному фактору, способствовавшему смягчению общего неприятия сатанизма - языковому и этническому многообразию Европы. По мере того как западная цивилизация охватывала путем крещения все больше народов и государств, они привносили в нее все больше своих традиций, политических институтов и самое главное - неизжитых до конца языческих представлений. Язычество же, как я покажу ниже, стало фундаментом сатанизма.
Разделение светской и духовной властей тоже сыграло свою роль в создании благоприятной обстановки для становлении культа Дьявола. Духовные и светские феодалы соперничали друг с другом за власть над людьми - чего стоит знаменитый спор между римским папами и германским императорами за инвеституру - право назначать священство на имперских землях. Негативное отношение к духовенству у аристократов частично переносилось и на саму религию: достаточно вспомнить германского императора Фридриха II Гогенштауфена, говорившего о Христе, Магомете и Моисее как о трех величайших обманщиках в человеческой истории. Все это накладывалось на понятие дворянской чести, что логично совмещалось с таким противным истинному христианину понятием, как гордость. Поэтому неудивительно, что кое-кто из феодалов мог приглашать колдунов и в тиши собственных замков приносить жертвы Дьяволу. Это облегчалось и классовым плюрализмом средневекового общества: аристократ имел свои неотъемлемые права, и привлечь его к ответственности за всевозможные богопротивные действия становилась гораздо труднее, чем, к примеру, русского боярина, целиком и полностью зависимого от “младшего партнера Бога на земле”. Для того чтобы попасть в лапы инквизиции, аристократ должен был или совсем зарваться, либо чем-то сильно провиниться еще и перед светской властью.

О взаимосвязи сатанизма и индивидуализма говорилось достаточно и без меня. Об античном наследии в сатанизме я поговорю в следующей главе, здесь же я хочу отметить вот что. Многие исследователи выделяют еще и такую черту западной цивилизации, как неудержимую склонность к экспансии. Особенно это любят подчеркивать отечественные патриотические исследователи, на разные лады перетолковывающие старые страшилки советского агитпропа, помноженные теперь на православное мракобесие. Однако это стремление к экспансии европейской цивилизации отмечают и западные мыслители.

Об этом писал, в частности, и такой выдающийся мыслитель, как Освальд Шпенглер. Кстати, западную культуру он называет “фаустовской”, что лишний раз подчеркивает тесную взаимосвязь сатанизма с европейской цивилизацией.
“Фаустовская культура была в сильнейшей степени направлена на расширение политического, хозяйственного или духовного характера, она преодолевала все географически-материальные преграды, она стремилась без какой-либо практической цели, лишь ради самого символа, достичь Северного и Южного полюсов, наконец, она превратила земную поверхность в одну колониальную область и хозяйственную систему. …Преодоление сопротивлений есть смысл фаустовской души… Все фаустовское стремится к господству…”.
Примерно то же самое пишет и Хантингтон:
“Запад отличается от всех прочих цивилизаций тем, что он имеет преобладающее влияние на все другие цивилизации, которые существуют в мире…”
На сатанизм эта определяющая черта Запада оказывает двоякое влияние. Как идеология, находящаяся в жесткой оппозиции к христианским ценностям евроатлантической цивилизации, сатанизм неизбежно будет усваивать элементы традиций других народов, особенно те, которые касаются темных культов и вообще религиозных практик. Это необходимо, прежде всего, для того, чтобы избавиться от антихристианства как основного побудительного мотива в становлении культа Темного божества. Но, с другой стороны, сатанизм, будучи сам плоть от плоти западной цивилизации, будет претендовать (хотя бы в теории) на роль учения, объединяющего все эти разношерстные темные культы в единую синкретическую религию.
И, наконец, есть еще сакральное измерение этого вопроса. Во всех традиционных представлениях Запад - это та сторона, где заходит солнце, это “злая” сторона света (как, впрочем, и север). И это совпадение из той области, где “совпадений не бывает”.



следующая страница >>