reforef.ru 1

Культурология


Русский православный храм как национальный символ

Слепцов Денис Олегович,
аспирант кафедры философии


Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина
392000, Тамбов, ул. Советская, 181 «и».
dinis68@mail.ru


Аннотация. В статье рассматривается храм, как сакральное пространство, как носитель архетипа национальной культуры. Православный храм анализируется, как активный культурный символ, воздействующий на человека, приобщающий его к культурной традиции, посредством архетипа. Кроме того, выявлена связь между синкретичной спецификой русского менталитета и особенностями архитектуры православного храма. Основной акцент сделан на доказательство того, что архетип, не поддается идеологическим искажениям.

Ключевые слова: национальный символ, русский культурный архетип, миф, православный храм, коллективное бессознательное, соборность, этнос, религия, духовная культура.

В ХХ столетии картина религиозности в России неоднократно менялась. Вследствие насильственного насаждения атеизма и последующей борьбы советской власти с религией, в современном российском обществе отмечается очень низкий уровень духовной культуры. Это проявляется в существовании сект, религиозных суеверий, псевдорелигиозных и околонаучных учений. Эти явления доказывают наличие потребности людей заполнить «духовный вакуум». Подобное имеет место быть, потому что религиозность есть глубинная характеристика личности, разрушение которой извне несет за собой последствия в форме мировоззренческого кризиса.

Насильственное уничтожение советской властью исторической памяти российского общества, переосмысление периода, длившегося около десяти веков, когда православие являлось государственной религией и последующий распад идеологии СССР, в настоящее время явили следствием общество, в большинстве своем состоящее из людей без духовных и моральных ориентиров.

В этих условиях, для современного российского общества, явилась актуальной проблема нахождения, восстановления и сохранения русского культурного архетипа, по средством символов, заключающих в себе традиционные представления об абсолютных ценностях. К таким символам в частности относятся Православное вероисповедание и Православный храм.


Православный храм в данном контексте представляет собой русский национальный символ соборности, как синхронной и диахронной связи людей православного вероисповедания. Соборность в данном контексте следует рассматривать как идею, которая определяет характер всей культуры, культуры в которой традиционно доминировавшие ценности носили по преимуществу коммунитарный характер. Другими словами, русские национальные ценности формировались на основе стремлений к объединению, достижению государственной целостности, мировоззренческой гомогенности общества.

Для понимания того, что представляет русский культурный архетип, как мировоззренческая база, следует рассмотреть сначала саму концепцию культурного архетипа. Концепция культурного архетипа, основывается на идеи швейцарского психолога и культуролога К.Г. Юнга, основным положением которой, является постулат существования коллективного бессознательного, как воплощенного в архетипах, опыта существования предыдущих поколений людей, существующего помимо индивидуального бессознательного человека. Архетипы, имеют самостоятельное существование, выполняя одновременно функции первооснов мира и фундаментальных структур психики. Согласно Юнгу, архетипы по аналогии с органами физического тела, являются органами психики человека, которые развиваются в течение жизни. Архетип является основным элементом, первоклеточкой коллективного бессознательного, своеобразным арсеналом, сокровищницей наиболее ценного и глубинного человеческого опыта [5].

Архетипы непредставимы сами по себе, они проявляются в сознании человека следствиями самих себя, в качестве архетипических образов и идей. Это универсальные паттерны возникающие из коллективного бессознательного и являющиеся основным содержанием религий, мифологий, легенд и сказок [11].

Архетипы представляют собой первичные формы адаптации человека к окружающему миру, которые в период процесса становления личности, заполняются содержаниями культуры, в которой находится человек.


Становление личности, самореализация и индивидуация, то есть объединение различных уровней психики человека, возможно только благодаря процессу интеграции сознанием индивида содержаний коллективного бессознательного. Сам процесс интеграции осуществляется, с помощью мифов определенной культуры, как средств активизации архетипов [13]. Ведь народный миф, это проявление коллективного бессознательного, его проекция, являющаяся основой единства и всеобщности конкретной культуры [12].

Человеческому обществу, для гармоничного и целостного существования, нужна психологическая общность, в основании которой должен находиться живой культурный миф, придающий смысл существования как обществу в целом, так и отдельному индивиду. Если этот миф разрушается, то теряет смысл существование, исчезают ценности, поддерживающие гармоничное развитие, и на их место выходят примитивные, стихийные, не контролируемые сознанием силы. Эти неосознанные силы проявляются в таких чертах, как стремление к деспотичной власти и физическим наслаждениям, то есть чертах, которые действуют не на сохранение и развитие личности, а на использование инстинктов человека и разрушение его потенциала.

Культура представляет собой «негенетическую» память поколений, сохраняя предшествующий духовный опыт, обеспечивает непрерывность нравственной и интеллектуальной жизни людей.

Эта память запечатлевает любимые у каждого народа, повторяющиеся из века в век идеи и образцы, сквозные мотивы поведения и типы мышления, устойчивые комплексы представлений и переживаний, которые, в совокупности создают общую мировоззренческую картину. На основании вышесказанного, можно сделать вывод, что культурный архетип, это действующий, воспроизводящийся из поколения в поколение национальный, этнический миф. Для русского менталитета характерно наличие особого, обусловленного самой историей становления и развития государства, культурного архетипа, воплощенного в символике православного храма [6].

Известно, что типы храмов и история их развития обусловлены, кроме обрядовых требований, также общим развитием архитектуры и строительной техники. Архитектура храмов исторически видоизменялась соответственно развитию зодчества в разных странах, и приобретала яркое национальное своеобразие [4]. Так на Руси, после принятия христианства, постепенно стала развиваться православная храмовая архитектура. Следует отметить, что православные храмы строили на месте языческих капищ, подчеркивая тем самым статус православия как единственно возможной религии на территории данного государства. Формирование восприятия православия как единственной истинной религии, а православного храма не только как здания для совершения богослужения, но и как маркера причастности к существующей государственной идеологии началось в X веке.


Общая идея, нравственные установки, религиозный каркас уклада жизни, все это, безусловно, способствовало централизации государства и гомогенизации менталитета на данном историческом этапе.

Доказательством наличия стремления сохранить, именно национальную самобытность, подчеркнуть «русскость» православного храма является то, что на Руси, православные храмы изначально имели своеобразную белокаменную архитектуру и оформление, несмотря на то, что каменные храмы строились под руководством итальянских, немецких греческих и мастеров. В православии белому цвету придается особое значение, он является символом святости, чистоты и духовности.

Храмы возводятся в память о том или ином событии из жизни Христа, Божией Матери, христианских святых, отражённом в церковном календаре, или в честь Архангелов или чудотворных икон. Отсюда и соответствующие названия; Христа Спасителя, Святой Троицы, Рождества Богородицы, Успения Пресвятой Богородицы, Святителя Николая Угодника, Архангела Михаила и другие [3].

Непосредственно говоря о православном храме как культурном символе, следует отметить, что русские мастера, взяв за основу крестово-купольную композицию византийских храмов, внесли в нее элементы русской деревянной архитектуры, придали храмам многоглавие и пирамидальность [2]. Таким образом, можно утверждать, что каждая деталь архитектуры православного храма является символической частью, заключающей в себе часть русского культурного архетипа.

Здесь рационально остановиться на самом понятии церковности искусства. Церковность – это язык, выражающий сущность Церкви. Все виды церковного искусства – архитектура, иконопись, монументальная живопись, прикладное искусство – дают в видимых образах и символах представление об идеальном мире [6].

Русский Православный храм, с начала своего становления в X веке, «впитывал» специфику окружающей его, развивающейся русской культуры, формировался как носитель основных духовных и моральных ценностей этноса. По этому, Православный храм, стал символом русской духовной культуры, стал выражать через образы церковного искусства идеалы этой культуры. Таким образом, можно утверждать, что большое влияние на формирование русского культурного архетипа оказало принятие в X в. христианства, которое пришло на Русь из Византии в православной форме.


Православие, включившись во все сферы все жизни русского народа, все общество, проникало в толщу народной жизни, но проникновение не было захватническим. Православие трансформировалось, срасталось с уже существующей культурой. Оно влияло на религиозно-нравственный быт русского народа, на времяпрепровождение, семейные отношения, становилось незаменимой частью мира русского человека, одним из столпов цивилизации.

Православие, духовно организуя религиозно-нравственный быт русского народа, способствовало усвоению им такой системы духовных ценностей, которая, наложившись на языческую культурную среду, привела к формированию особого – иоанновского, мессианского – типа русского человека [8].

В православии очень сильно выражена эсхатологическая сторона христианства. Поэтому русский, иоанновский человек в значительной степени апокалиптик или нигилист. В связи с этим, он обладает чутким различением добра и зла, и никогда не перестает искать совершенного блага.

Высшей ценностью, русский человек признает святость, поэтому он не почитает земные, относительные ценности, священными. Иоанновский человек, стремится действовать во имя какой-то абсолютной, космической идеи. Если же он усомнится в абсолютном идеале, то может дойти до противоположной крайности и равнодушия ко всему, перейти от невероятной терпимости и послушания до крайних форм отрицания и протеста [7].

Культ прошлого и будущего в русской утопической культуре делает настоящее объектом критики и порождает в архетипе русского человека, соответственно, две жизненные установки: постоянное учительство как проповедь нравственного обновления с готовыми на все случаи жизни социальными рецептами, и, перманентные сомнения, искания, постоянная постановка вопросов без ответов. Сомневаться и учить, учить и сомневаться – вот две его устойчивые склонности. Человек, существо историческое, и это относится не только к его социальной природе, но и к его духовности, так как только в ходе истории, он познает окружающий мир и себя в нем.


Общество, как целостная система, для своего функционирования, нуждается в непрерывном потоке информации. Однако специфической особенностью системы «общество», является то, что с момента, когда оно вступило на почву цивилизации, в его памяти на ряду с текущей функциональной информацией, должна храниться информации долговременная, относящаяся к генезису сущего, историческая. Эта информация непреходящего экзистенциального характера, содержащая в себе основы жизни [1].

Можно заключить, что, только опираясь на ответы на эти экзистенциальные, «вечные вопросы» бытия, в цивилизованном обществе наполняется смыслом и динамической силой и информация функциональная, то есть текущая информация данного момента, как для всего общества, так и для каждого содержащегося в нём индивида. Эта информация, заключает в себе прошлое этноса, его настоящее и вытекающее из целеполагания прогнозируемое будущее.

В сложившейся на настоящее время культурной ситуации в российском обществе, когда перестали быть ясными для человека цели и смысл существования этноса, государство в содействии с Русской Православной Церковью, проводит политику восстановления традиционных русских культурных ценностей. Доказательством тому служат такие факты, как введение в общеобразовательных школах учебного предмета «основы православной культуры», придание государственной значимости наиболее важным религиозным праздникам, повсеместное восстановление и строительство храмов [9].

Непреходящую актуальность имеют слова А.П. Чехова: «русский человек любит вспоминать, но не жить» [10. С. 230]. Поиск и восстановление «корней», есть также символическая черта, одна из доминирующих в русской культуре. Поэтому, можно утверждать, что поиски культурного архетипа, духовные метания также являются неотъемлемой чертой русской ментальности, где сочетается восточное и западное, стремление сохранить традиции с разрушительным, революционным новаторством.

Из вышесказанного, можно заключить, что русский культурный архетип существует на данном этапе развития российского общества, как и существовал во времена советской власти, и лишь общественное сознание отдалилось от него, но он не переставал действовать. Из области бессознательного, он призывал в течение ХХ столетия и призывает ныне, общественное сознание к рефлексии, что бы русские люди были более осознанными как в восприятии прошлого, так и настоящего, духовно образованны и объединены в стремлении к общей цели - к жизни.


Возможно в этом процессе рефлексии общественного сознания, происходит его трансформация, в ходе которой оно должно пройти особый миф, миф о возвращении, чтобы интегрировать «новый» жизненно необходимый символ, символ восприятия своего живого настоящего, где истинные, вечные ценности, были, есть и будут.
Литература

1. Барг М.А. Эпохи и идеи. Становление историзма. - М. - 1987. - С.5-7.

2. Берестовская Д. С. Культурология: учебное пособие. Симферополь: Изд-во: Бизнес-Информ, 2003. - 392 с.

3. Бородина А. В. История религиозной культуры: Основы православной культуры: Учебное пособие для основной и старшей ступеней общеобразовательных школ, лицеев, гимназий. - М.: Издательский дом «Покров», 2003. -288 с.

4. БСЭ. Т. 28. -1978. - С. 378.

5. Гуревич П.С. Психологический словарь.– М.: Изд. Олма Медиа Групп; ОЛМА-ПРЕСС Образование. - 2007. - С.56.

6. Кеслер М.Ю. Православные храмы. Т. 1., Идея и образ. 2004. - 693 с.

7. Павлов О.В. Духовно-православный фактор формирования и развития русского человека // Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Русский человек: сущность, своеобразие и перспективы развития», г. Елабуга, 21-22 октября 2010 г. - <http://www.egpu.ru/lib/elib/Data/Content/129344605995991218/Default.aspx>.

8. Раздольский С.А. Монастыри Кавказской епархии и их роль в развитии Кавказа. 2006. - С.4-5.

9. Слепцов Д.О., Жилкин В.В. Сближения понятий «русский» и «православный» // Актуальные инновационные исследования: наука и практика. – 2011. – № 2.

10. Чехов А. П.- Полное собрание сочинений и писем в 30-ти томах. Т 7. - 1985. - С. 230.

11. Юнг. К. Г. Человек и его символы. СПб : Б.С.К. -1996. - С. 451.

12. Юнг К. Г. Психология бессознательного. М.: Канон. - 1994. - С. 126.

13. Lambert K. Analysis, Repair and Individuation, London, Karnac Books. 1994. - 250 р.