reforef.ru 1


Статья опубликована в энциклопедическом словаре "Этика" (М.: Гардарики, 2001)

© А.В.Смирнов 2001


Манфа‘а, тж. наф‘ “польза” — в исламской этике категория, служащая, в противопоставленности “вреду” (дарар), основой одной из возможных классификаций “намерений”.

“Намерение” (ниййа) означает устремленность к какой-то конкретной искомой цели (максуд), выраженную в непосредственном действии. Все многообразие таких конкретных целей может быть охвачено в единой классификации, опирающейся на понятия “польза” (наф‘, манфа‘а) и “вред”. Цель поступка в любом случае заключается в привлечении полезного или удалении вредного, и только если действователь имел в виду одно из двух, поступок не считается “напрасным” (‘абис). “Избегай вреда и плохого, старайся действовать на пользу” является общеизвестной в исламской культуре максимой. Противопоставление “полезного” и “вредного” является устойчивой коранической темой: земля сотворена для пользы людей, истинное вероисповедание привлекает “полезное” и удаляет “вред”, тогда как иные исповедания “вредят” их приверженцам. В Коране, хадисах, религиозно-доктринальной и правовой мысли понятия “запретное” (харам) и “грех” (’исм) объясняются, как правило, как такие поступки, “польза” которых намного меньше “вреда”. В каламе было выдвинуто положение о том, что Бог сотворил все мироздание исключительно для того, чтобы им “пользовался” человек, а некоторые мутазилиты считали, что неизвестное человеку и неиспользуемое им не могло быть сотворено.

Более подробную классификацию намерений на основе противопоставления “полезное-вредное” дает ал-Газали, который делит все цели на четыре категории. Поступок может быть направлен на снискание чего-то, чем действователь не обладает, например, “обретение” полезного. Он может иметь целью сохранение того, что действователь уже имеет, как, например, “накопление”. Он может быть направлен на предотвращение вреда, который еще не настиг действователя и от которого тот хочет охраниться; так действует, например, тот, кто предотвращает нападение разбойников или диких зверей, избегая встречи с ними. “Опасливость” поэтому относится к числу “правильных” (см. Сихха) намерений, и для исламской этики оказывается “неправильным” стремление проявить храбрость и не уклониться от столкновения со смертельной опасностью, которой можно избежать. Наконец, действие может преследовать цель устранить уже настигший деятеля вред, что проявляется, к примеру, в действиях больного, ищущего излечения. Отдельную проблему составляет определение того, действительными или мнимыми оказываются усматриваемые польза и вред, так что разделение каждой категории на “несомненный”, “вероятный” и “мнимый” подвиды составляет основание для дальнейшей классификации “искомого”.


Эта классификация искомых целей, которую можно условно обозначить как “утилитарную”, опирается у ал-Газали на эгоцентрическую теорию любви (махабба), истолковывающую любовь как выражение “соответствия” (мула’ама) любимого самости любящего, благодаря чему любимое приносит любящему “усладу” (лазза).

Понятия “польза-вред” (наф‘-дарар), противоположение которых составляет основание “утилитаристской” трактовки намерений и действий, не тождественны понятиям “благо-зло” (хайр-шарр) в их онтологизированном, неоплатоническом понимании (см. Хайр).

Классификация “намерений”, помимо противопоставления “польза-вред”, возможна на основе противопоставления “подходящее-пагубное” (см. Маслаха), а также в зависимости от “аффектов” (см. Хал).