reforef.ru   1 2 3 ... 8 9

удно! - довольно улыбнулся магнат. - Так я и думал! Именно этого я и ожидал!


- Чего вы ожидали, мистер Вонка? - удивился Чарли.

- Скоро узнаешь! - загадочно подмигнул мистер Вонка. - Со временем.

Он обменялся с умпа-лумпами серией быстрых жестов и отпустил их, а сам уселся рядом с Эдвардом на диванчик.

- Скажи-ка, давно у тебя это? - указал он на его ножницы.

- Всегда. Меня таким сделали...

- Тебя таким сделали. Кто?

- Мой отец...

- Твой отец был врач?

- Нет... Изобретатель...

- Понятно, - подытожил Вилли Вонка и нахмурился. Он выглядел озабоченным.

Чарли переводил взгляд то на него, то на Эдварда, ничего не понимая.

- Эдвард... Так ты - машина? Ты - робот?! Вот это да!

- Робот?.. - растерялся Эдвард. - Я... я не знаю... - он вдруг почувствовал себя виноватым.

- Вот это мне и предстоит выяснить, - пробормотал себе под нос шоколадный магнат.
***

- Привет, Баккеты! Я дома! - это вернулся с работы папа. - О! Какой сюрприз - у нас гости! Добрый вечер, Вилли! Останетесь с нами ужинать?

- Если не прогоните, - сдержанно поклонился мистер Вонка.

- Да бросьте, Вилли! - рассмеялась миссис Баккет, накрывая на стол. - В нашем доме вы всегда желанный гость!

Дедушки и бабушки тоже стали рассаживаться вокруг стола.

Чарли подбежал к отцу:

- Пап, я хочу тебя кое-с кем познакомить. Это - Эдвард! Я нашёл его утром в снегу у ворот Фабрики, и мы с мистером Вонкой принесли его к нам греться. И ещё... Я прогулял сегодня школу.

- Привет, Эдвард! - папа протянул, было, ему ладонь, но при виде ножниц тут же её отдёрнул, изумлённо присвистнув. Эдвард расстроился окончательно. Он бестолково топтался в гостиной, готовый со стыда в очередной раз за этот день провалиться сквозь землю

Дедушка Джо выразительно взглянул на внука, и Чарли, схватив Эдварда под локоть, решительно усадил его за стол рядом с собой.

***

Это был самый обыкновенный семейный ужин. За столом тихо смеялись, болтая о том, о сём - о дневных хлопотах, о вечерних заботах, о планах на завтра. Эдвард видел, что этим людям очень хорошо друг с другом, они радовались каждой минуте, проведённой вместе в этом маленьком доме, в крохотной гостиной, под старым, уютным зелёным абажуром.


Миссис Баккет то и дело подкладывала на тарелку Эдварду что-нибудь вкусное, а он, стесняясь своей неловкости, почти ничего не ел. Он чувствовал на себе цепкий, пронзительно-синий изучающий взгляд мистера Вонки и не знал, куда от него спрятаться. Он, почему-то, с самого начала побаивался этого изящного безукоризненно-элегантного человека с ослепительной улыбкой…
***

И вот этот долгий-долгий день закончился.

- Чарли, спать пора! - напомнила мама. - Эдвард тоже, наверное, устал…

Папа поднялся из-за стола.

- Завтра я зайду к тебе в школу, Чарли, и поговорю с учителем. А теперь, сын, пойдем, поможем нашему гостю расположиться на ночь!

Ему отдали раскладушку наверху, в комнатке Чарли, ласково пожелали спокойной ночи и оставили наедине с самим собой. Он был очень благодарен им всем за тепло и заботу. Ему хотелось сказать им что-нибудь хорошее, но кроме короткого "спасибо", ничего не придумывалось.

Когда в доме всё стихло, Эдвард по привычке подошёл к окну и долго неподвижно стоял так, погружённый в свои невесёлые мысли…

Этот мальчик сегодня назвал его "машиной". А ведь Эдвард никогда не задумывался, кто же он такой на самом деле. Да, он знал, что его создал изобретатель, но он так и не узнал, зачем. Он знал, что его сердце похоже на большие часы и что тело у него - механическое. Но это тело ощущало тепло и холод. Нечаянно раня себя ножницами, он чувствовал боль, а порез со временем рубцевался. Эдвард умел радоваться и огорчаться, он часто испытывал тоску, одиночество, страх, и - самое главное! - он умел любить. А ведь все эти чувства могут испытывать только по-настоящему живые существа! Да и отец всегда повторял ему: "Запомни хорошенько, Эдвард, ты - человек!"

***

Чарли удобно устроился на кухонном диванчике, но сон всё не шёл. Ну и денёк сегодня выдался: кому рассказать - не поверят! А, может, и не надо никому рассказывать? По крайней мере, пока… Чарли вспомнил, как удивились врачи умпа-лумпы, осматривая гостя. Интересно, что же они, всё-таки, сказали мистеру Вонке, и о чём таком он догадывался? Ох, неспроста всё это, ох, неспроста!


Чарли перевернулся с боку на бок - спать ну совсем не хотелось!

Сверху не доносилось ни звука, кроме ритмичного негромкого пощёлкивания.

- Эдвард… - тихо позвал Чарли. - Ты спишь?..

- Нет... - так же тихо откликнулся Эдвард.

Чарли вскочил и поднялся к нему. Тот понуро стоял у окна, держа руки на весу, и железные "пальцы" его слегка шевелились.

- Послушай, а ты откуда пришёл? - спросил Чарли. - Ты ведь нездешний. Как ты попал в наш город?

Эдвард ответил не сразу. Он задумчиво пощёлкал ножницами.

- Я упал.

- С Луны свалился, что ли? Ты - из космоса?!

- Из космоса? Как это? - не понял Эдвард.

- Ну, космос это… - попробовал объяснить Чарли. - Там есть другие планеты, галактики, звёзды…

- Звёзды? Нет. Я не знаю… - он опустил голову. - Не знаю.

- Может быть, ты просто забыл? - Чарли решил, что его таинственный гость потерял память. А значит, надо помочь ему всё вспомнить. - Где ты раньше жил - ты это помнишь?

- Да. В большом доме…

- А что там ещё было?

- Там была гора. И сад. Там тепло. Много цветов и деревьев…

- И ты жил там со своей семьёй? - продолжал допытываться Чарли.

- Сначала у меня был отец… Он меня сделал.

- А потом?

- Потом его не стало.

В голове Чарли мелькнула догадка…

- А что у тебя с руками? У тебя когда-нибудь были обычные руки?

- Нет. Отец не успел меня закончить. Он хотел подарить мне руки на Рождество... Он мечтал, чтобы я был... как все...

- Ух, ты! Почти как Пиноккио! - восхитился Чарли.

- Пиноккио? - снова не понял Эдвард. - Что это?

- Не "что", а "кто"! Пиноккио - это ожившая деревянная кукла!

Эдвард внимательно взглянул на Чарли.

- Я не кукла, - твёрдо и очень серьёзно сказал он. - Я - человек.

- Ой... Прости... - смутился Чарли. - Прости, пожалуйста. Ты не обиделся?


Эдвард покачал головой и чуть улыбнулся.

Они немного помолчали, и Эдвард спросил:

- Чарли... Кто такой мистер Вонка?

- Как?! Ты не слыхал про мистера Вонку?! - изумился Чарли.

- Нет...

- Ну, ты даёшь! Это же самый знаменитый и самый великий кондитер в мире! Он построил эту Фабрику и делает самый вкусный на свете шоколад! Тебе здорово повезло, что ты попал именно к нам! Здесь столько всего удивительного! И если ты останешься у нас подольше...

- Чарли... - Эдвард сел рядом с ним на раскладушку. Его ножницы нервно подрагивали. - Я не могу остаться... Я должен уйти.

- Почему?

- Вы очень хорошие... Я не хочу быть вам обузой.

- Что?!.. - огорчился мальчишка. - Ты это о чём?! - ему всё больше нравился этот грустный механический человек. У Чарли были замечательные любящие родители, бабушки и дедушки, чудесный друг и учитель - мистер Вонка, и, наконец, целая Шоколадная Фабрика!.. Но Чарли был единственным ребёнком в семье, и ему очень не хватало сестры или брата. И он вдруг подумал, что именно о таком брате, или друге, он всегда мечтал.

Эдвард поднял свои руки:

- Видишь?.. Они очень опасны. Я могу случайно тебя поранить... Или даже... - тут он вздрогнул и сжался, словно припомнив что-то ужасное. - Я этого не хочу.

- Если дело только в ножницах, то всё это - пустяки! - горячо возразил Чарли. - Дедушка Джо говорит, что самое главное у человека внутри!

Эдвард встал и вернулся к окну. Ему стало страшно. За сто лет одиночества он только сейчас понял, как сильно истосковался по людям... Ох, если бы он мог остаться с ними навсегда! Только он понимал и другое: чем крепче к кому-нибудь привяжешься, тем больнее потом терять... Но в его сердце уже зародился крохотный и слабый росточек надежды - надежды на чудо.

Чарли подошёл к Эдварду и положил свою ладошку на его железную руку:

- Слушай, мне пришла в голову отличная мысль: а что, если всё рассказать мистеру Вонке? Знаешь, какой он умный? Он обязательно что-нибудь придумает! Я его попрошу, и он поможет!


- Мистер Вонка?..

- Да! - Чарли сиял. - Эдвард, ну, правда! Пожалуйста, не уходи!..

- Ты этого хочешь?..

- Конечно! Ну, как - остаёшься? Хотя бы, до Рождества!

- Спасибо, Чарли... - тихо сказал Эдвард и снова улыбнулся.

Чарли тоже засмеялся, дружески ткнул его кулачком в плечо и, счастливый, отправился к себе. "Завтра первым делом поговорю с мистером Вонкой!" - засыпая, подумал он.
***

Шоколадный магнат мистер Вилли Вонка бродил из угла в угол по своим апартаментам, тщетно пытаясь взять себя в руки.

Двадцать с лишним лет он создавал свою Шоколадную Империю. Он отдал этому делу всего себя без остатка. Он отказался от многих соблазнов мира, и всё - в пользу шоколада. Да, именно шоколад и стал его призванием и единственной настоящей страстью - ничего другого он даже знать не хотел. Он построил огромную Шоколадную Фабрику, укрылся ото всех за её монументальными надёжными стенами, и ему казалось, что он абсолютно счастлив. У него были умпа-лумпы - смешные маленькие человечки из далёкой страны, его верные незаменимые помощники. Они скрашивали его одиночество песнями, заботились о нём, а он мог свободно творить, создавая всё новые, ещё более невероятные сорта шоколада. И всё шло своим чередом, размеренно и предсказуемо, и он думал, что так будет всегда. Так оно и было, пока в его жизни не появился Чарли.

Вилли не жаловал людей. Жизнь не раз давала ему повод разочароваться в них. Отец с самого детства пытался обтесать своенравного маленького Вилли, - он-де лучше знал, что должно интересовать его сына, а именно - стоматология. Вилли взбунтовался и ушёл в одиночное плаванье: он категорически не желал зависеть от чьих-либо мнений. Он нашёл себя в другом: исследовать разные сладости, изобретая новые рецепты и вкусы, было для него огромным наслаждением. И не меньшим наслаждением было думать, что именно он, Вилли Вонка, способен сделать жизнь людей слаще, а значит - счастливее! Но, став кондитером, будущий магнат с огорчением обнаружил, что люди не так уж и благодарны ему за сладкую жизнь! Более того - они без зазрения совести воровали всё, что плохо лежит, в том числе - его самые ценные, самые волшебные, ещё не воплощённые идеи... Это глубоко ранило его самолюбие и совсем не прибавляло желания сближаться с кем бы то ни было. И если все взрослые жизненные понятия и принципы закладываются в детстве, - думал Вилли, - то чему же могут научить детей такие взрослые?! Страшно подумать!


Но Чарли - это совсем другое дело! Чарли был счастливым исключением. В этом мальчике нет ни капли алчности и цинизма, он чист душой, он всё ещё верит в чудеса, и, вероятно, именно поэтому они с Вилли так отлично поладили. Магнат всем сердцем привязался к своему ученику. Он видел, как тот, буквально на лету, схватывает его науку, как быстро вникает во все тонкости кондитерского искусства... Их общение напоминало весёлую игру, и эта игра очень скоро переросла в чудесную дружбу, которая приносила немало радости и пользы им обоим. Чарли и его семья оказались именно теми людьми, с которыми Вилли больше не боялся быть самим собой. Теперь он был по-настоящему счастлив. И когда придёт время, он оставит юному Чарли Баккету всю свою кондитерскую Империю...

Магнат тяжело вздохнул. Впервые за последние два года его настроение никак нельзя было назвать шоколадным. События прошедшего дня внесли сумбур в его мысли и чувства, а он этого не любил. И причина определённо крылась в чужаке с ножницами. Ох, как не хотел он тащить его сюда, ну совершенно не хотел! Но Чарли... Его дорогой ученик редко просил о чём-то, но, если просил, Вилли просто не мог и не хотел ему отказывать.

Вот и сегодня... Добрый, доверчивый Чарли пожалел несчастного... Похвально! Но знает ли Чарли, откуда тот взялся? И главное - зачем? И почему он появился именно здесь, и как раз тогда, когда Вилли собрался запускать в производство совершенно новую рецептуру шоколада?

Но есть что-то ещё... Умпа-лумпы обнаружили, что найдёныш Чарли - мастерски сделанная механическая кукла. А вдруг в эту куклу вмонтировано какое-нибудь передающее устройство, и теперь...

- Ох, Господи! Господи ты, Боже мой, какой же я... болван!!! - ноги у Вилли подкосились, и он рухнул в кресло, сражённый страшной догадкой.

Робот... Робот-шпион, подосланный конкурентами... Они столько лет всеми способами безуспешно пытались проникнуть в его святая святых, и неужели им это удалось? Теперь им, возможно, известен каждый шаг, каждое слово, произнесённое на Фабрике... А это означает...


Вилли вскочил с кресла, до боли сдавив пальцами виски и борясь с приступом паники. Он едва подавлял желание без шляпы, прямо в халате и тапочках, сломя голову, мчаться к Баккетам...

- Спокойно, Вонка, спокойно...

Вилли несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Тихо... ещё тише... Сейчас к ним бежать нельзя: во-первых - глухая ночь, он насмерть перепугает стариков и Чарли... Во-вторых - если кукла там, то конкуренты поймут, что их обнаружили, и вполне могут принять меры... Какие?.. Да какие угодно!.. Радикальные!! Они же могут причинить вред Чарли!.. Его дорогому Чарли!! Ножницами!!!

- Го-ос-поди... - застонал Вилли. - Только не это...

Стоп... Прекратить панику! Прекратить себя пугать! Это пока только догадки, не подтверждённые ничем...

Вилли усилием воли снова запихнул себя в кресло. Сначала нужно всё, как следует, проверить... Надо иметь выдержку, чтобы не вызвать лишних подозрений.

- Подумаешь - кукла... Всего лишь кукла... И чего я так переполошился?.. - бормотал магнат. - Но Чарли не в куклы надо играть! А то ещё, чего доброго, захочет стать кукольником, а не кондитером... А как же я?.. А как же Фабрика?!.. Ну, хорошо. За одну ночь, скорее всего, ничего страшного не случится, а вот завтра... Завтра первым делом поговорю с Чарли! - решил мистер Вонка.
***

Наутро, в отличном настроении, Чарли помчался к мистеру Вонке. Мальчишке не терпелось поскорее рассказать наставнику о ночном разговоре с гостем. В одном из коридоров они чуть не сшиблись: магнат шёл вприскочку и выглядел бледным и взволнованным. Он, видимо, тоже искал Чарли.

- Мистер Вонка!..

- Чарли!..

- ...нам нужно срочно поговорить!! - выпалили оба одновременно.

- Вы знаете, Эдвард... - начал Чарли.

- Да! Именно Эдвард! - перебил Вонка. - О нём-то у нас и пойдёт речь!

Чарли обрадовался. А мистер Вонка вдруг смутился. Снял, потом надел, потом снова снял цилиндр... Порисовал тростью на ковровой дорожке вензеля и виньетки... Постучал остроносым ботинком об пол... Открыл и закрыл рот. Вздохнул. Казалось, он колеблется, подбирая слова.


- Чарли, - осторожно начал Вонка, и они неспешно пошли по коридору. - Как ты считаешь, кто он такой? Что ты о нём знаешь?

- Кое-что знаю! - гордо улыбнулся Чарли. - Он рассказал мне.

- Да? Ну, и что же он тебе рассказал?

- Что он жил где-то, в тёплой стране, в большом доме на горе... Что у него был отец. Потом отец умер.

- И это всё?..

- Нет, не всё. Отец не успел сделать ему настоящие руки. Если бы он успел, то Эдвард стал бы, как все люди! Его отец об этом мечтал... Мистер Вонка! А вы смогли бы закончить Эдварда?

- Так... - Вонка склонил голову набок и внимательно посмотрел на Чарли. - Значит, ты понимаешь, что твой гость - не живой?

- Почему "не живой"? - удивился Чарли.

- Потому, что его создал изобретатель! Эдвард - машина! - объявил магнат.

- Нет, мистер Вонка... Он - не машина.

- Не машина? Но ведь ты сам вчера так сказал...

- Да, я так сначала подумал. Но теперь я так не думаю.

- Почему же?

- Потому что, Эдвард умеет плакать. Умеет улыбаться! Ему бывает грустно. Он - настоящий!

- Чарли... - мистер Вонка покачал головой. - Чарли, Чарли... Ты добрый, хороший, чуткий мальчик... Ты веришь всему, что видишь... Ты веришь в сказку. И это замечательно! Именно этим ты мне и нравишься. Но! - магнат остановился и поднял палец. - Изображать улыбку - ещё не значит быть настоящим! Смеяться могут и куклы - достаточно вставить внутрь соответствующий несложный механизм. Я сам их делал, если ты помнишь...

- Помню, мистер Вонка...

- Так вот...

- Но Эдвард - совсем другое! - перебил Чарли. - Он живой!

- Мой мальчик, это иллюзия!

- Вы уверены?

-Абсолютно! Его сердце - это большие самозаводящиеся часы. Электрический разряд приводит их в движение, а аккумуляторные батареи неизвестного типа питают его мозг. Умпа-лумпы не ошибаются, дорогой мой!

Чарли немного подумал, и сказал:


- Мистер Вонка, для меня это совершенно не важно!..

- А для меня важно! Ты подумал, что может случиться, если внутри него произойдёт короткое замыкание?

- Он может сломаться.

- А ты знаешь, дорогой мой, как ведут себя испорченные машины и сломанные куклы? Они начинают всё делать не так! Они становятся опасными!

- Но ведь умпа-лумпы смогут его починить?

- Теоретически да... Но зачем? Какая от него польза?

Чарли слушал наставника и не верил своим ушам. Он не понимал, за что мистер Вонка так невзлюбил Эдварда. Чарли посмотрел прямо в синие глаза учителя:

- Мистер Вонка, а какой смысл в шоколаде? А какая польза от друзей? Каким бы ни был Эдвард, он - живой, и он - мой друг. Я ему нужен. И я его не брошу!

- А... а меня?..

Но Чарли огорчённо развернулся и зашагал прочь.

Шоколадный магнат был обескуражен. С него моментально слетела вся его напускная ирония, и он бросился вслед за Чарли.

- Погоди, я же не всё тебе сказал! Чарли, послушай меня, пожалуйста!

Чарли остановился.

Вилли Вонка взял его за плечо, развернул к себе и присел так, чтобы видеть его глаза.

- Дорогой мой... Послушай... Я не хотел говорить тебе, но... Вчера я подумал... А вдруг его к нам подослал кто-то из недоброжелателей, чтобы... Ну, чтобы выведать наши секреты? Так ведь уже не раз бывало. Однажды мне даже пришлось закрыть Фабрику! Навсегда! Надолго! Раньше я мог бы начать всё сначала, но теперь, когда у меня есть ты... Я стал уязвим, Чарли... И моё слабое место - это ты... Они знают, что ради тебя, ради твоей безопасности я пойду на всё... А у него - эти ужасные ножницы... Я очень боюсь... - и Вилли потупился. - Ты простишь меня за то, что я тут наплёл?

- Так вы боитесь, что в Эдварда кто-то вмонтировал телекамеру, и он передаёт всё, что видит? И что он может причинить вред мне, чтобы отнять у вас Фабрику?!

- Не у меня, Чарли... У нас.


<< предыдущая страница   следующая страница >>