reforef.ru 1 2 ... 16 17

Я только что прочитал книгу "Бойня" в один присест. Это страшное обвинение мясной промышленности. Гейл Айснитц проникла за занавес, опустившейся над мясной промышленностью и шокировала читателей своими исследованиями. Айснитц – замечательный исследователь, великолепная писательница. Это смелый человек, знающий, что он борется за правое дело. Теперь никто не верит, что бойни в США инспектируются должным образом. В своей книге Айснитц показывает, что мясоперерабатывающая промышленность совершенно безразлична к страданиям животных, эксплуатирует своих работников, и что она несет ответственность за то, что производит продукцию, несущую в себе смертельно опасную бактерию.

Не важно, едите вы мясо или нет, если вы заботитесь о людях или о животных, вы должны прочитать эту книгу.
Питер Сингер


БОЙНЯ
Гэйл А. Айснитц





Шокирующая история алчности, небрежности, и негуманного отношения в мясоперерабатывающей промышленности США


СОДЕРЖАНИЕ

БЛАГОДАРНОСТЬ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ОТКРЫВАЯ ДВЕРЬ БОЙНИ. ПРОЛОГ

Глава 1.Человеческий крик о помощи
Глава 2. Выберемся ли мы отсюда живыми?
Глава 3. Самое темное место во вселенной
Глава 4. "Мамочка, неужели я должна умереть?"
Глава 5. Пропащий человек

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПРИЗНАНИЕ МЯСНИКА

Глава 6. Человек со шрамом
Глава 7. Совесть сознания
Глава 8. Кроваво-красные и замерзшие

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: БОЙНЯ №8

Глава 9. Вне закона
Глава 10. Уродцы, погонщики и "слишком мертвые" коровы
Глава 11. Путешествие на главную бойню страны
Глава 12. Исследование за 60 минут

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ: СХДА ПРЕКРАЩАЕТ КОНТРОЛЬ: КОНВЕЙЕР РАБОТАЕТ НА ПОЛНОЙ СКОРОСТИ

Глава 13. Ящик Пандоры
Глава 14. Священная корова СХДА
Глава 15. Маленькую свинку везут на базар
Глава 16. Ветеринарные ренегаты
Глава 17. Явная ложь
Глава 18. Ангел-Хранитель
Глава 19. Нет дыма без огня

ЧАСТЬ ПЯТАЯ: ДРУЗЬЯ В ВЫСШИХ ЭШЕЛОНАХ ВЛАСТИ

Глава 20. Почти умирая за дело
Глава 21. Птица
Глава 22. Урок

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ: ТЕМНАЯ СТОРОНА ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ

Глава 23. Главная свинобойня В США
Глава 24. Армия раненых

Глава 25. Поднимая секретный занавес

Глава 26. НАССР: Троянский конь дерегуляции
Глава 27.Образование и полномочие

БЛАГОДАРНОСТЬ

Я хочу выразить свою сердечную благодарность людям, без помощи которых эта книга не могла бы быть написана. Брэдли Миллер и все работники Ассоциации "Гуманность в сельском хозяйстве", я в долгу перед вами за вашу поддержку и за то, что вы предоставили материалы, которые вошли в эту книгу, о том, что происходит на бойне.

Спасибо вам, Саванна Гаиптле и семья Тристи из фонда Барбары Дилано, за очень серьезную поддержку при создании этого проекта.

Также, хочу выразить свою искреннюю благодарность главному редактору издательства "Прометей" Стивену Л. Митчелу за предусмотрительность, смелость и за веру в успех этого противоречивого проекта. Я также очень ценю редактора Мэри А. Рид за ее неоценимую помощь во время издания этой книги.
Спасибо моим родителям, сестре, зятю, племянницам Джессике Уитни и Аманде Рейчел, за то, что поддерживали и вдохновляли меня, когда я работала над этим, казалось бы бесконечным проектом.


Мое искреннее спасибо Скотту Мак Вэю и фонду Джеральдины Р. Додж за помощь в распространении книги.

Спасибо моим друзьям Лизе Ландерс, Кэрол Ямада, Конни Кослер, Бобу Бэйкеру и Элейн Траонг. Я не смогла бы ничего сделать без вашей поддержки.
Спасибо друзьям и коллегам Доктору Стивену М. Кристику, DVM Джолейн Мэрион, которых больше нет с нами. Вы посвятили свою жизнь улучшению положения животных и вдохновили меня.

И, наконец, моя самая большая и искренняя благодарность всем смелым работникам бойни – мужчинам и женщинам, которые пригласили меня в свои дома и в свои жизни и терпеливо отвечали на мои бесчисленные вопросы. Я хочу выразить вам свое глубокое признание за вашу храбрость, ведь вы разрешили записывать наши разговоры на диктофон, поставив этим под угрозу свою работу. Теперь люди смогут узнать, что же происходит за закрытыми дверьми американских боен.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ОТКРЫВАЯ ДВЕРЬ БОЙНИ
ПРОЛОГ



Казалось, что у всех мужчин, с которыми встречалась Кэрол Тейлор, была хотя бы одна татуировка и волосы были либо коротко подстрижены, либо были очень длинные. Она околачивалась в барах и кафе вместе с жуликами и хулиганами. Однажды в полночь ей пришлось ехать 120 миль в час, спасаясь от головорезов-убийц, которые пытались убить ее. Когда ее остановила полиция по обвинению в вождении автомобиля с фальшивыми правами, она пыталась говорить как можно более дружелюбно и даже льстиво, чтобы найти выход из положения и не вызвать подозрения у человека, сопровождающего ее – жестокого уголовника, которого она обманывала с помощью фальшивых документов.
Сейчас Кэрол Тейлор сидела рядом с человеком, с которым она познакомилась всего час назад, офицером полиции, поймавшем серийного убийцу Тэда Банди. Они находились во Флориде в вагончике, в котором жили Гибб и Джин Гибсоны , все четверо пили скотч и шутили.
Гибсоны тренировали борзых для участия в гонках. Кэрол Тейлор – художница. Она сделала набросок нескольких собак Гибсонов. Она открыла свой альбом и показала им рисунок их борзой-чемпиона.
Гибсоны любили Кэрол Тейлор. Они пригласили ее в свой цирк и считали ее своим лучшим другом. Кэрол Тейлор, в свою очередь, была там, где хотела быть. Она считала, что Гибсоны – те самые люди, которых она должна арестовать.
Я, Гэйл Айснитц, люблю проводить вечера дома со своей кошкой, чашкой чая и хорошей книгой. "Кэрол Тейлор" – мой тайный псевдоним. Я работала несколько месяцев, чтобы Гибб Гибсон был арестован за то, что он до смерти замучивал тысячи кроликов, которые использовались, как живая приманка для тренировки собак.

На следующее утро, в 5.30, Дженни Гибсон готовила нам завтрак в трейлере. Снаружи был мой "друг" Кэпт. Дэвид Ли и я смотрели, как Гибб привязывал живого кролика к механической рукоятке на треке. Местные ведущие собаководы стояли на краю трека, чтобы посмотреть, как пройдет тренировка.

Механическая рукоятка начала двигаться по треку и собаки ринулись за ней, кусая беспомощного кролика болтающегося на рукоятке в разные стороны.
Я фотографировала это настолько быстро, насколько было возможно. Я делала вид, что фотографирую собак, но на самом деле – людей.
Капитан Ли наклонил голову и сказал:
" Начинаем операцию"
Семь полицейских машин мчались по дороге и десять офицеров вышли из-за деревьев, возле дороги. Я показала полиции место преступления, но в я не хотела встречаться с Гибсонами.
После того как Гибсона и остальных освободили под залог, Гибсоны, ожидая суда, выследил меня, чтобы получить от меня свидетельство по поводу собачьих бегов. Они махали руками и выкрикивали непристойности. Мы были одни на этом участке дороги, только я и мои бывшие друзья. Капитан Ли задерживался.
Гибсоны уехали, крича и ругая меня, и казалось, они избили бы меня, если бы у них была возможность.
Я приехала во Флориду не только из-за Гибсонов. Я, как Гейл Айснитц, приехала, чтобы взять интервью у Тимоти Уолкера. Он написал мне письмо, требуя в первую очередь отказаться от моих расследований, так как они выявляют такие ужасные зверства, которые не могу соответствовать действительности. Так же он заявил, что я явно писала свои отчеты, будучи не в здравом уме.
Его письмо побудило меня к дальнейшим, более тщательным расследованиям. Информация, полученная в результате этих расследований, буквально убила меня – я узнала и рассказала о такой невероятной жестокости человека к животным, и затронула сердце каждого в этой стране.
ГЛАВА 1
Человеческий крик о помощи


Тимоти Уолкер был нарушителем спокойствия.

В 80-х годах, работая аудитором в Канзас Сити, он обнаружил, что последние тридцать лет бензозаправочные станции обманывали своих клиентов. И, вместо того, чтобы держать свой рот на замке, как это делали все вокруг, он сделал этот обман достоянием общественности. Дело было громким. Оно было широко освещено во всех газетах штата Миссури.

Позже, он стал главным энергетиком в городе. Он постарался убедить городские власти решить проблему нищеты. Но город, ссылаясь на судный бюджет, отказался. Уолкер стал помогать малоимущим семьям за свои личные средства. Он оплачивал счет одной пожилой женщины и устраивал благотворительные обеды для другой.
Впервые я услышала о Тимоти Уолкере в 1989 году. Я работала в Вашингтоне, в организации по защите животных, когда получила письмо от него. Он писал, что на бойне Каплан Индастри, находящейся в городе Бартоу, Флорида, с коров живьем снимают шкуру.
Снимают шкуру с живых коров? Я была контролером и исследователем по вопросам жестокости и часто получала чудаковатые письма о том, например, что на бойнях работают мясники-иностранцы, или письма от ламантинов, или о телепатических способностях цыплят. Но это письмо показалось мне правдивым.
"Это не просто ужасно жестоко", писал он "но и очень опасно для людей, которые снимают шкуру с брыкающихся животных". Руководство бойни знает об этой проблеме, говорил он, но не хочет ничего исправлять, это означало бы изменить линию производства. "Я обращался во многие федеральные учреждения, но там мне отвечали, что они ничего не могут сделать. Они также сообщили, что описанная мной проблема существует по всей стране, и что на бойне Каплана дело просто обстоит немного хуже".
Во время своей работы я сталкивалась со всеми мыслимыми проявлениями жестокости по отношению к животным, от обычных до экзотических: бои собак, где животные буквально рвут друг друга на части ради людской потехи, проигравший погибает, а победитель остается калекой; ритуальное жертвоприношение цыплят, коз, овец и коров; петушиные бои, где птицам одевают острые железные шпоры, и они обречены медленно умирать, истекая кровью.

Но кто посмел снимать шкуры с живых коров, практически под носом у инспекторов сельскохозяйственного департамента США (СХДА)? Иногда непроизвольные конвульсии у оглушенных или даже мертвых коров могут вызывать конвульсии. И, конечно, возможно, что Уолкер просто не знал этого или даже был недовольнымгражданином. И мне нужно было копнуть глубже.

Я узнала, что на бойне Каплана забивают около 600 голов скота ежедневно. Конечно, не так много, как на новых бойнях с суперсовременным оборудованием, но все-таки достаточно, чтобы эта бойня стала основной по убою скота во Флориде.
Следующее, что я сделала – позвонила в СХДА и попросила немедленно начать расследование. Через 4 дня представитель СХДА позвонила мне и рассказала о том, что ей удалось узнать – на бойне Каплана никто не снимает шкуру с живых коров.
"Хотя, я бы не удивилась, если бы это все-таки происходило там, на этом заводе", добавила она.
"Почему вы так думаете?", спросила я.
"О, в округе у них есть кое-какая репутация"
"Репутация какого рода?"
Она не объяснила.
Я решила, что пришло время связаться с Уолкером по телефону. Он говорил спокойно и связно. Когда я попросила назвать источник информации, то ответ был, что источник – он сам. Как оказалось, он был работником СХДА. Инспектора СХДА обычно проверяют качество мяса на заводе. Уолкер же работает в месте, под названием "кровавая яма".
Частью работы Уолкера было брать на анализ кровь коров, на случай выявления у них бычьего бруцеллеза – заразной болезни, последствия которой – выкидыш у коров, что приводит к большим финансовым убыткам в мясоперерабатывающей промышленности.
В теории, на бойнях коров или толкают к желобу, ведущему в " оглушитель", помещение, где их оглушают или они попадают туда по конвейеру. В "оглушителе" в голову каждого животного стреляют из специального ружья для оглушения, наполненного сжатым воздухом. Если ружье исправно и правильно используется оператором, то оно либо приводит к тому, что животное теряет сознание либо вообще умирает.

Затем "оковщик" связывает оглушенному животному ноги цепью и тогда корову поднимают вверх на специальный конвейер. Теперь, корова, повещенная вверх ногами, болтаясь туда-сюда, отправляется к "забойщику", который перерезает ей горло, а точнее сонную артерию и яремную вену на шее. "Забойщик" делает вертикальный надрез на горле животного рядом с кровеносными сосудами, ведущими к сердцу, чтобы прекратить поступление крови в мозг.

Затем корову направляют на "кровавые рельсы" и там, в течение нескольких минут из нее вытекает кровь. Затем тушу направляют к работникам, снимающим шкуру с головы и ног, а в конце "пути" с коровы полностью снимают шкуру, потрошат и разрезают на части.
Вот таким образом это должно происходить согласно федеральному закону. Но, если верить Уолкеру, в Каплан Индастри все иначе.
В 1906 году Аптон Синтклер издал книгу "Джунгли", в которой рассказывают о том, как семья эмигрантов боролась за выживание, работая в жутких условиях чикагских скотопригонных дворов и боен. В "Джунглях" рассказывается о шокирующих условиях боен. Там описано то, что мясо обрабатывалось в столь ужасных антисанитарных условиях и такое грязное, что его продажа снизилась более чем на 50%. Президент Теодор Рузвельт лично содействовал изданию закона о Федеральной Мясной Инспекции в 1906 году. В этом законе были обозначены санитарные стандарты для боен по всей стране.
Сейчас работники СХДА проводят проверку мяса таким же самым способом, что и в 1906 году. Согласно Федеральному закону все животные на бойне должны быть осмотрены до и после убоя. Эти проверки проводятся федеральными ветеринарами или специальными инспекторами. Ветеринары, много знающие о здоровье и психологии животного, могут сами вести надзор на бойне. Инспектора учатся у них как определить признаки болезней или заражений у животных. Если во время предубойного осмотра в загоне перед бойней какое-то животное вызовет у инспекторов подозрение на предмет болезни, то его будут осматривать ветеринары из СХДА. Они обращают внимание на все признаки, которые не соответствуют норме: животные, которые не могут ходить; животные со странной походкой, дрожью в ногах, параличом; животные, которые скрипят зубами и т.д. также они смотрят, нет ли следов какой-нибудь инфекции или недавних операций.

Большинство инспекторов работают на территории завода, где они производят также и послеубойный осмотр. Они должны осмотреть голову каждого животного, его туловище и внутренние органы на предмет выявления признаков болезней, абсцессов и заражений, а также на наличие фекалий, шерсти и грязи. Если инспектор обнаруживает тушу или орган, не соответствующие санитарным нормам, ее осматривает ветеринар и СХДА. Инспектора также должны следить за санитарным состоянием завода и за стандартами клеймения мяса.

В 1958 году Конгресс издал закон о Гуманности на Бойне (ЗГБ), а в 1978 году в него были внесены поправки, которые расширяют его действия.
В законе о Гуманности на Бойне есть рекомендация о том, что всех животных следует убивать только в бессознательном состоянии и только человеком, имеющим опыт в этом деле.
СХДА вступил в тесный союз с мясоперерабатывающей промышленностью и выступил против закона о Гуманности на Бойне. Но все же в итоге оказал содействие его реализации. И хотя, нарушение закона о Федеральной Мясной Инспекции приводит к судебному наказанию, нарушение закона о Гуманности на Бойне не влечет за собой никаких наказаний вообще. Инспектора только рассматривают нарушения ЗГБ, хотя они должны сразу прекратить процесс убоя, пока нарушения не будут прекращены и их последствия не будут исправлены.
За несколько месяцев, перед тем как связаться со мной, Уолкер обратился в СХДА с просьбой о том, чтобы решить проблемы, происходящие на заводе. "Хочу заметить, что существует смертельная опасность, если условия на бойне Каплана не будут изменены", писал Уолкер одному инспектору. Другому он писал: "Вы никогда не узнаете, в каких условиях происходит работа на этой бойне, пока сами не увидите. Я сам несколько раз чуть не был убит, брыкающимися коровами, с которых снимали шкуры, хотя они были в полном сознании". Третьему проверяющему он писал: "Возникшая ситуация требует немедленного вмешательства. Я очень расстроен, так как федеральное правительство не может ничего исправить".



следующая страница >>