reforef.ru 1

«Послание»

«Послание» 1


1997;

для фортепиано





  • С чего здесь начать?

Так уж получилось, что, с одной стороны, это счастливое время, связанное с «Фантазией…»2, но, с другой стороны, эти несколько лет совпали с самыми для меня трагическими событиями, я имею в виду смерть моего друга Бориса Тобиса и смерть Эдисона Васильевича Денисова. Но говорить мне не хочется об этом, потому что всё равно такое пересказать нельзя никакими словами.

  • Это "послание Денисову"?

  • Да. Вот так я решил назвать эту вещь. А возникла она в связи с тем, что Володя Тарнопольский предложил в 1997-м году провести в рамках «Московской осени» концерт из произведений, посвящённых памяти Денисова, то есть это было задумано практически в конце 1996-го года, сразу после смерти Денисова.

  • К кому он ещё обратился?
  • К Караеву, к Каспарову и ещё многим другим композиторам. Но для меня это тогда совпало с поездками на исполнение «Фантазии...»; потом вот «Танго»3 сочинялось и одновременно неожиданно пришёл ещё заказ от знакомой пианистки написать пьесу для её "клавирбенда", который должен был состояться на фестивале в Донауэшингене. А пианистка эта —Ирина Катаева, дочь нашего замечательного музыканта, тоже, увы, покойного, Виталия Витальевича Катаева, который когда-то играл моё «Каприччио»4. Сама же Ира в своё время играла мое «Возвращенье…»5 в паре с Анатолием Дукором. И вот она и вспомнила каким-то образом обо мне, хотя тогда жила уже во Франции не первый год, и поскольку её пригласили в Донауэшинген в качестве пианистки, она стала набирать ре­пер­ту­ар и вот предложила мне написать пьесу. Так что у меня была сложная задача: мало того, что написать «Танго» для Гидона (что для меня не совсем просто было), так одновременно пришёл заказ и от Иры и, кроме того, что-то написать памяти Эдисона. И тогда я решил объединить два заказа в одном: решил, что для Иры напишу вещь памяти Эдисона, что и было мною сделано. Не знаю: удачно это сочинение или нет. Я говорю это без всякого ложного кокетства или лукавства. Я, действительно, вот не нашёл себя в фортепианной области, и лучшее, что у меня здесь есть — маленькая пьеса «Lamento»6, которая идёт всего три минуты, где найдено что-то всё-таки. Найдено, я чувствую это!


  • А «Торопецкие песни»7?

  • «Торопецкие…»? Их, кстати, Ваня Соколов очень хорошо играет. Но ведь это совершенно не фортепианная вещь — по фактуре какая-то странная.

Так вот, в «Послании» всего две части. Более медленная (условно медленная) — первая часть. Она как бы особенно ламентозная, более горестная (так я сказал бы). Правда, здесь есть и как бы вихревой эпизод.

  • Piu mosso?

  • Да, Piu mosso. Но в целом — это всё-таки "ламентозная" часть. А вторая часть — я здесь немножко вспомнил молодого ещё Денисова, как его тогда понимал (конечно, ничто нельзя воспроизвести заново, но это вышло само собой).

  • Вы имеете в виду его «Три пьесы для фортепиано в четыре руки»?

  • Да. Вот эти и даже ещё более ранние додекафонные пьесы. А «Три пьесы…» — мне кажется, вообще одно из его самых самобытных сочинений для фортепиано. И, возможно, это воспоминание и натолкнуло меня на соответствующую фактуру. Я не скажу, конечно, что буквально подражал ему, но как-то всё-таки фантазию это разбудило именно в таком направлении. Да! И ещё здесь есть вот эти ноты dees — постоянная его интонация-монограмма8. Особенно часто во второй части Ну, естественно, кроме этой интонации, первая и вторая части связаны и через мою серию, и через мою двенадцатикратную систему…

  • Какова композиционная роль этих частей по отношению друг к другу?
  • Ну, формально, по внешним очертаниям, это как бы вступление и основной раздел, потому что вторая часть в два раза больше первой, если не в три. Но вообще — это рассматривать лучше как единое, как одно целое, так же как «Белую музыку»9, которая фактически одночастна, хотя форма­ль­но тоже двухчастна. Так и здесь: медленная первая и более оживлённая вторая часть, но в этой оживлённой второй части всё время есть обращение к музыке первой. А в конце (это тоже важно!) тут ещё как бы один знак Эдисона появляется — Ре мажор (правда, с добавочным фа-бекаром). А Ре мажор, вы знаете, чем он был для Денисова — тональностью Света.


  • Когда состоялась премьера этой пьесы?

  • Играла её Ира Катаева в 1998-м году в Донауэшингене. Это летом было, в июле. И я должен сказать, что она, судя по записи, замечательно сыграла, причём дважды (по традиции этого фестиваля).

  • А кто играл на концерте памяти Денисова в Москве?

  • Там играл Миша Дубов. Они разные, конечно, очень пианисты. Ира такая импульсивная, не рациональная по складу, а Миша — он "рационалист", безусловно. И в данном случае его рационализм оказался очень уместен, потому что он играет с максимальной выверенностью формы и безусловным пониманием…

1  Фрагмент из книги: Д.И.Шульгин «Музыкальные истины Александра Вустина». М., 2008. По материалам бесед. Монографическое исследование, 1998-2008 гг. (полный вариант книги см. на сайте http://dishulgin.narod.ru).

2 «Фантазия для скрипки и оркестра» — 1996; dur. 12'.

3 «Танго "Hommage a Guidon"» — 1997; для скрипки и камерного оркестра; dur. 6'.

4 «Каприччио» — 1977, 1982; для женского голоса, хора басов и инструментального ансамбля (на три еврейские темы из сб. М. Береговского); 3 части; dur. 15'.

5 «Возвращенье домой» — 1981; для баритона и тринадцати инс­т­рументалистов (два струнных квартета, два фортепи­ано, валторна, два исполнителя на ударных инстру­ментах); сл. Д.Щедровицкого; dur. 13'.

6 «Lamento» — 1998; для фортепиано; dur. 3'.

7 «Три торопецкие песни» — 1972; для фортепиано; dur. 7'.

8 А.К.Вустин: " Удивительно, что это 2 – 3 – 4 звуки моей "серии жизни" (из бесед 2008 года).


9 «Белая музыка» — 1990; для органа; изд.: Hamburg, Sikorski, 1991; dur. 10'.