reforef.ru 1
Каким образом эгоистический интерес человека может служить обществу? Как объяснял это Адам Смит?

Пытаясь найти ответ на этот непростой вопрос, я перечитала множество литературы. Примеров таких личных интересов человека я нашла массу, но в большинстве своем они не были экономическими, а значит, не совсем мне подходили. Задумавшись над тем, как философ восемнадцатого века Адам Смит смог выявить, что «главной движущей силой являются страсти, прежде всего направленные на самосохранение и преследующие эгоистические интересы», я решила проанализировать его учения. Чтобы доказать правоту Смита, нужно провести некие параллели с современным обществом, ведь теория экономиста должна быть всегда верна. Для этого можно сравнить жизнь Англии в 18 веке и современное развитое общество.

Итак, оказавшись в Европе восемнадцатого века, мы не увидим большого количества магазинов; в малочисленных лавочках ассортимент товаров был очень скуден. Интересно, если переместить какого-нибудь горожанина из восемнадцатого века в наше время, чтó прежде всего поразит этого путешественника во времени? Пожалуй, самым удивительным был бы уровень развития современной жизни, доступность и ассортимент товаров. Очевидно, глядя на это изобилие, путешественник задался бы вопросом: «Как бы мне взять хотя бы часть этого?», хотя возможно, вопрос бы звучал по-другому: «Как общество может взять хотя бы часть этого?» Ответ довольно прост. Чтобы достичь такого уровня развития, необходимо иметь хорошо функционирующую систему, которая поможет скоординировать производительные силы – силы, которые создают и доставляют товары и услуги, удовлетворяющие человеческие потребности. Такая система и есть то, что мы имеем в виду, говоря об экономике. Экономика исследует экономические модели на разных уровнях – как и между двумя индивидуумами, так и общества в целом. Путешественник из 18 или даже начала 19 века будет поражен тем, как много товаров и услуг задействовано в современной экономике. И это не достижение отдельного человека. Товары произведены рыночной экономикой, в которой производство и потребление – результат децентрализованных решении многих фирм и людей. Здесь нет центральной власти, говорящей людям, что и как производить. Каждый производитель делает то, что выгодно ему; каждый покупатель основывается на своем выборе. Альтернативой является командная экономика, в которой решение о производстве и потреблении принимается властями. Командная экономика плоха тем, что отсутствие сырья влечет за собой неспособность производителей изготовить товар, и наоборот, производство какого-то товара иногда превышает спрос, вызывая избыток. Рыночная же экономика вполне отвечает спросу, изменяется в зависимости от потребительских требований. На самом деле, люди полностью зависят от рыночной системы: жители любого города остались бы без продовольствия, если бы организованные действия нескольких тысяч торговых и логистических компаний стабильно не снабжали бы их своей продукцией. Удивительно, но неожиданный «хаос» рыночной экономики оказался более системным, чем «планирование» в командной экономике.

В известной книге «Богатство Наций» ведущий шотландский экономист Адам Смит написал о том, что люди, стремясь к собственной выгоде, направляются к достижению выгоды и пользы для всего общества. Смит писал про бизнесмена, чья погоня за прибылью делала нацию богаче: «Он намеревается получить только собственную выгоду, и он движим невидимой рукой, которая способствует такому развитию ситуации, которое не входило в его планы». С тех пор экономисты используют термин «невидимая рука», говоря о способе, которым рыночной экономике удается использовать власть личного интереса для пользы общества.

Итак, я пришла к выводу, что эгоистический интерес человека действительно служит всему обществу, и влияние его высоко. Поэтому на вопрос путешественника: «Как моему обществу достигнуть такого же уровня развития?» - напрашивается ответ: «Общество должно научиться ценить достоинства рыночной экономики и власть невидимой руки». Именно «невидимая рука» управляет сложными процессами экономики, и поэтому общество динамично развивалось с восемнадцатого века и развивается по сей день.