reforef.ru 1
Лекция 5. БАСКАКОВА М.Е.

Социально-экономические проблемы занятости российских женщин в переходной экономике.

Содержание

  • Масштабы экономической активности

  • Динамика занятости

  • Безработица

  • Экономическая неактивность

  • Теневая занятость

  • Статус занятости

  • Уровень образования

  • Сегрегация в сфере занятости

  • Оплата труда

  • Рабочее время

  • Дискриминация при приеме и увольнении с работы

  • Условия труда


Уже почти 80 лет в России существует законодательное равенство прав женщин и мужчин во всех сферах жизнедеятельности, в том числе и в сфере занятости. Но юридическое равенство сосуществовало в трудовой сфере с фактическим неравенством. Это выражалось, в первую очередь, в серьезном отставании уровня заработной платы женщин, в горизонтальной и вертикальной сегрегации и пр. Либерализация трудовых отношений, вплоть до метода "естественного отбора", предпринятая в нашей стране в 90-х годах, не только не способствовала сближению позиций мужчин и женщин в сфере занятости, а, напротив, привела к дальнейшей сегментации рынка труда по полу. Динамика значений практически всех индикаторов, характеризующих положение работающих женщин, была негативной.

За последние 10 лет в России основными факторами изменений параметров занятости в целом и женской занятости, в частности, стали:

  1. Глубочайший экономический кризис и спад производства;

  2. Отсутствие целостной государственной политики в отношении положения женщин на рынке труда и, как следствие, стихийное регулирование процессов трансформации женской занятости;

  3. Формирование правового нигилизма в стране, и, в частности, повсеместное невыполнение трудового законодательства со стороны всех субъектов трудовых отношений, в том числе и государства;

  4. Беспрецедентный рост теневой (неофициальной) экономики в стране;

  5. Все более широкое распространение патриархатных отношений в обществе и связанное с этим процессом усиление традиционного разделения труда.

МАСШТАБЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ(1)


В международных исследованиях наиболее важным показателем положения женщин в экономике страны является уровень их экономической активности. Для советской России многие десятилетия было характерно очень высокое значение этого показателя: в конце 80-х годов 92%(2) женщин трудоспособного возраста работали или учились, что было и остается мировым рекордом.

Схема экономически активности населения



С начала либерализации трудовых отношений, а, следовательно, слома стереотипа о всеобщей обязательной занятости, уровень экономической активности женщин стал падать. Если в 1992 г. государственная статистика фиксировала значение этого показателя для женщин трудоспособного возраста на уровне 81.6%, то в 1998 г. он составлял уже только 73.3% (а для женщин в возрасте 15-72 лет(3) соответственно 63.7 и 54.7%) . За этот период численность экономически активных женщин (15-72 года) упала на 4.3 млн. чел. (что составило 52,2% всего сокращения этой категории населения в стране, при доле женщин в ней — 47%). Численность экономически активных мужчин уменьшилась в значительно меньшей степени — на 3.9 млн. чел.

Рис.1.




Впрочем, с начала 1999 г. численность экономически активного населения стала постепенно расти (с октября 1998 по август 1999 года прирост составил почти 2.7 млн. чел.), что, вероятно, связано как с некоторым оживлением экономики, так и с резким падением уровня жизни населения после кризиса 17 августа 1998 г., в еще большей степени увеличившим потребности экономически неактивного населения в доходной занятости. Причем, поскольку в этот период прироста населения в возрасте 15-72 лет не было, можно говорить о том, что увеличение численности экономически активных было достигнуто исключительно за счет сокращения численности экономически неактивных. В результате уровень экономической активности населения в возрасте 15-72 лет вырос с 61.0% до 63.5%, а населения в трудоспособном возрасте с 76% до 77.9%. При этом женщины отвоевывали утраченные позиции быстрее мужчин. Показатель их экономической активности в возрасте 15-72 года вырос на 2.9 п.п. (с 54.7% до 57.6%) и на 2.1 п.п. для находящихся в трудоспособном возрасте (с 73.3 до 75.4%). В то же время у мужчин 15-72 лет этот показатель вырос только на 2 п.п. (с 68.1% до 70.1%), а для находящихся в трудоспособном возрасте — на 1.6 п.п. (с 78.5% до 80.1%).

ДИНАМИКА ЗАНЯТОСТИ


В период экономической трансформации в 1992-98 гг. число занятых сократилось сильнее, чем экономически активных (число занятых уменьшилось на 13.2 млн. чел., экономически активных — на 8.2 млн. чел.). За этот период профессионально занятых женщин стало меньше на 6,5 млн. чел., то есть на 19%. В общей численности выбывших из сферы труда женщины составили половину, притом что их доля среди занятых в экономике сегодня 47%. В результате в 1998 г. в России работало только 27,4 млн. женщин (по сравнению с 33.9 млн. в 1992 г.).

Наиболее интенсивно занятость мужчин и женщин сокращалась в начальный период экономических реформ. В 1992-1994 гг. численность профессионально занятых мужчин уменьшалась в среднем по 1.5 млн. чел. в год, у женщин эта цифра была больше — 1.6 млн. чел. В 1995 г. темпы сокращения занятости замедлились и составили и у мужчин и у женщин по 0.3 млн. чел. Однако в последующем темпы сокращения снова увеличились, но теперь они стали более высокими у мужчин: с 1996 по 1998 гг. профессионально занятых мужчин становилось меньше на 1.1 млн. чел. в год, женщин — на 1.0 млн. чел. В целом гендерная структура занятости по сравнению с дореформенным периодом изменилась существенно за 1991-98 гг. доля женщин среди всех занятых сократилась с 50% до 47%.


Сокращение трудовой активности было характерно для женщин всех возрастов (см. рис. 1), хотя факторы ее определяющие, были различны. У молодых сокращение занятости в первую очередь было обусловлено молодежной безработицей, у женщин среднего возраста — желанием работодателей избавиться от женщин, имеющих малолетних детей, у женщин предпенсионного возраста — чрезвычайно распространенной в России двойной дискриминацией — одновременно и по полу, и по возрасту.

Достаточно равномерное по возрастам выбытие женщин из сферы занятости привело к тому, что за период реформ средний возраст женщин, занятых в экономике изменился мало. Если в 1992 г. он составлял 38,3 года, то в 1998 г. — 38,7 лет, что соответствует среднему возрасту работающих мужчин.

Рис. 3. Уровень занятости женщин по возрастным группам.




При этом надо отметить, что повозрастные уровни занятости в экономике у мужчин и женщин в России (в отличие от экономически развитых стран) до сих пор близки по своим значениям, хотя и не идентичны (см. рис.2). В молодом возрасте (до 35 лет) среди женщин занятых меньше, чем среди мужчин, что не в последнюю очередь связано с материнством и традиционным разделением труда в семье. Среди пожилых работников (от 55 лет и старше) аналогичные соотношения объясняются главным образом дифференциацией возраста выхода на пенсию.

Численность занятых в национальной экономике продолжала снижаться вплоть до октября 1998 г., когда Госкомстат РФ зафиксировал абсолютный минимум — 57,9 млн. чел, имеющих работу. У женщин этот минимум пришелся на эту же дату (27,4 млн. чел.), у мужчин численность работающих продолжала сокращаться до февраля 1999г., когда она составила 30.4 млн. чел.

Затем, впервые за годы реформ, начался рост занятости. У женщин от даты зафиксированного минимума числа занятых до августа 1999 г. количество работающих выросло на 1.6 млн. чел. (или на 5,8%), у мужчин — на 1.5 млн. чел. (на 4.8%).

Рис. 4. Уровень занятости мужчин и женщин по возрастным группам
(Россия, 1998 г.)




Начавшийся рост занятости, на наш взгляд, заставляет по-новому взглянуть на гипотезу о том, что сдерживание директорами предприятий сокращения численности своих работников, наблюдаемое в российской экономике в течение всего периода реформ, обусловлено, в первую очередь, стремлением этих руководителей обеспечить предприятия кадровым составом на случай улучшения экономической конъюнктуры. Практически одновременное начало оживления экономики и роста числа занятых позволяют предположить, что наблюдаемое в России несоответствие темпов падения производства и сокращения занятости в реальности имеет иные корни, нежели просто забота работодателей о сохранении любыми способами трудового коллектива во имя "светлого завтра".

БЕЗРАБОТИЦА


Официальное появление в 1991 году безработицы изначально было предопределено перенасыщенностью социалистической экономики рабочей силой. По оценкам специалистов, к середине 80-х годов 10-13% всех занятых в народном хозяйстве страны составляли "лишние работники". Однако в дальнейшем, рост числа лиц, потерявших работу, был связан с действием уже иных факторов, и в первую очередь с глубочайшим кризисом, охватившем экономику страны.

Переход страны на рыночные отношения предполагал соответствующие изменения в сфере занятости и на рынке труда. Прогнозы этих изменений делались макроэкономистами исходя из мировых тенденций и экономических теорий. В частности ожидались возникновение саморегулирующегося механизма управления занятостью, резкое снижение численности занятых в экономике, рост безработицы и пр.

Однако особенность российской действительности состоит в том, что трансформация трудовых отношений происходила, как правило, не по прогнозному сценарию. Наиболее впечатляющие отклонения от этого сценария связаны с безработицей, и среди них в первую очередь, стоит назвать

  • несоразмерность темпов падения производства и занятости (если с начала радикальных реформ и до 1999 г. годов объем промышленного производства в России сократился более чем на половину, то численность занятых в экономике — только на 15%)

  • низкий уровень официально регистрируемой безработицы. (Сегодня специалисты оценивают ее масштабы как менее четверти от масштабов безработицы, фиксируемой по методологии МОТ).


В целом рост уровня безработицы, рассчитанной по методике МОТ, в 1992-98 гг. был с 5.1% до 13.5% (в то время как официально регистрируемая безработица колебалась в этот период с 0.8% до 2.7%). В абсолютных значениях динамика безработица выглядит следующим образом: в 1992 г. обследование Госкомстата РФ по проблемам занятости зафиксировало 3.9 млн. безработных, а в 1998 г. их насчитывалось уже 8.9 млн. чел. Таким образом, прирост численности этой категории населения составил 5 млн. чел., из которых 44.8% были женщины.

Пик безработицы в стране пришелся на первый год после кризиса 17 августа 1998 г. В октябре этого года уровень безработицы был зафиксирован на отметке 13.3%, феврале 1999 г. — 15.2%. Затем значение этого показателя пошло на спад — май 1999 г. 13.3%, август 1999 г. уже 12.4%. При этом динамика безработицы была более благоприятна у женщин, чем у мужчин.

Таблица 1
Численность безработных в России по методикам ФЗС и МОТ (1992-1998 гг.)


Год

Зарегистрированные безработные (млн.чел.)

Уровень зарегистрированной безработицы (%)

Безработные по МОТ (млн.чел)


Уровень безработицы по методологии МОТ (%)

Всего

В т.ч. женщин

Всего

В т.ч. женщин

Всего

В т.ч. женщин

1992

0,6

0.4

0,8

3,8

1.8

5.2

5.2

1993

0,8

Н/д

1.1

4,3

2

5,9

5.8

1994

1,6

1

2,2

5,7

2.6

8.1

7.9


1995

2,3

1.4

3.2

6,7

3.1

9.5

9.2

1996

2,5

1.5

3,4

6,7

3

9,7

9.3

1997

2

1.3

2.7

8

3.7

11.8

11.5

1998

1.9

1.2

2.7

8.8

4.1

13.3

13


Рост безработицы был характерен для всех возрастных групп и мужчин и женщин (см. рис. 4), но в большей степени она затронула молодежь, особенно женскую. В то же время наибольшие темпы роста уровня безработицы и у мужчин и у женщин пришлись на средние возраста 30-49 лет. Так, при среднем росте уровня безработицы за 1992-август 1999 гг. у мужчин в 2.4 раза ( с 5.2% до 12.3%) и у женщин в 2.4 раза (с 5.2% до12,6%), уровень безработицы у мужчин, например в возрасте 40-44 года, вырос в 3.4 раза (с 3.2% до 10.9%), а у женщин этого же возраста в 3.2 раза (с 3.1% до 9.9%). В абсолютных значениях рост был еще более значимым. В целом такие изменения привели к росту среднего возраста безработных: у мужчин он увеличился с 32.3 до 34.6 лет, у женщин с 33.2 до 35.1 лет.

Рис. 5. Динамика уровня безработицы мужчин и женщин по возрастным группам (1992 и август 1999 гг.)




Несмотря на то, что в научно-популярной литературе часто говорилось о том, что в России безработица имеет "женское лицо", из данных государственной статистики следует, что такое утверждение справедливо только для официально регистрируемой безработицы. Действительно, если уровень безработицы (по МОТ) у мужчин в 1992-1999 гг. колебался в пределах 5.1-13.7%, то у женщин 5.1-13.3% (а их доля среди всех безработных, составлявшая в 1992 г. 47.7%, уменьшилась к 1998 г. до 46.1%). В то же время в официально регистрируемой безработице женщины все годы реформ составляли большинство: 1991 г. — 69.6%, 1994 г. — 64.2%, , 1996 г. — 62,9%(4), 1998 г. — 64.6%.

Для безработицы, рассчитанной по методике МОТ, уместно говорить о дифференциации по полу значений отдельных показателей, характеризующих качество мужской и женской безработицы, например, дифференциация средней продолжительности поиска работы (женская безработица значительно продолжительнее: в 1998 г. у мужчин это время составляло 8.9 месяцев, у женщин — 9.3), различия в причинах незанятости (например, женщины значительно чаще, чем мужчины теряют работу в связи с сокращением штатов: среди безработных женщин, имеющих опыт работы таких — 46.1%, среди мужчин — только 37.5%; в то же время женщины реже становятся безработными, добровольно уволившись с предприятия: среди безработных женщин таких 21.3%, в то время как среди мужчин — 29.6%), способах поиска работы и т.д.


И еще одна острейшая проблема — скрытая безработица. Российские реалии сферы занятости таковы, что масштабы и уровень официальной безработицы, да и безработицы фиксируемой по методике МОТ, могут быть в любой момент существенно увеличены за счет скрытой безработицы, которая до середины 1998 г. оценивалась разными экспертами и исследователями в 7-15% всех занятых.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ НЕАКТИВНОСТЬ


Экономически неактивное население в трудоспособном возрасте (а тем более в возрасте 15-72 лет) существует в странах с любым уровнем экономического развития, поскольку включает в себя не только население, не желающее (или не имеющее по каким-либо причинам возможности) иметь платную занятость, но и учащихся (не работающих), а также пенсионеров. Соответственно уровень экономической неактивности населения в той или иной стране во многом зависит от ее пенсионного законодательства, а точнее от законодательно утвержденного возраста выхода на пенсию, развития системы образования, а вернее численности населения, получающего образование в трудоспособном возрасте и т.д.

Для всего времени реформ в России был характерен рост численности экономически неактивного населения. Этот рост был обусловлен действием ряда факторов, среди которых в первую очередь необходимо назвать: постарение населения (а, следовательно, рост численности пенсионеров по старости), рост числа пенсионеров по льготным условиям, за выслугу лет и пр., экономический кризис (повлекший за собой сокращение рабочих мест), отход населения от представления об обязательной всеобщей занятости, как единственно возможной стратегии жизни (что одновременно с увеличением дифференциации доходов населения, а также с усилением патриархатных настроений в обществе, привели к переходу части женщин к занятости в домашнем хозяйстве на постоянной основе) и т.д.

За 1992-1998 гг. в России численность экономически неактивного населения выросла в 1.3 раза — с 31,7 млн. чел. до 42,8 млн. чел., среди которых большинство (61%) составляют женщины. Абсолютный прирост численности этой социальной группы населения также пришелся в основном на женщин. В 1992-98 гг. их стало больше на 5.7 млн. чел., а мужчин на 5.2 млн. чел. И все же, темпы роста экономически неактивных мужчин в эти годы были выше, чем среди женщин (их численность выросла в 1.46 раза, а численность женщин — только в 1.28 раза).


Изменения в возрастном составе экономически неактивного населения привели к увеличению среднего возраста этой группы с 43.0 лет в 1992 г. до 45.3 лет в 1998г. При этом изменения среднего возраста экономически неактивных мужчин и женщин были разнонаправлены. Если у женщин этот возраст увеличивался (с 46.5 до 47 лет), то у мужчин резко снижался (с 48.9 до 42.4 лет). Не приходится сомневаться в том, что основной "вклад" в снижение среднего возраста экономически неактивных мужчин внесло произошедшее в 90-х годах сокращение средней продолжительности жизни мужчин до 59.8 лет, то есть ниже законодательно закрепленного возраста выхода на пенсию.

К сожалению, методика представления данных об экономической неактивности населения, выбранная Госкомстатом РФ, такова, что из публикуемых в последние годы статистических материалов, невозможно точно представить состав этой категории населения по социальным группам.(5) Однако, из результатов обследования населения по проблемам занятости 1996 г. следует, что среди экономически неактивных мужчин каждый четвертый — студент, 60% — пенсионы, "домашних хозяев" — менее 2%. Состав экономически неактивных женщин иной: студентки -16% (хотя по абсолютным данным число студенток среди экономически неактивных женщин превышает численность студентов среди экономически неактивных мужчин), пенсионерок — 65% (оно и понятно — средняя остаточная продолжительность жизни женщин на пенсии на 5 лет больше, чем у мужчин), "домашних хозяек" — 12%.

В период перестройки и в первые годы экономических реформ в научной литературе и средствах массовой информации часто говорилось о возможном (или уже свершившемся) сокращении занятости женщин, их переходе в сферу домашнего труда, как о результате появления у женщин (после слома тоталитарного режима) добровольного выбора.

Рис. 6. Распределение экономически неактивного населения по социальным группам (1996 г.)


Однако исследования показывают(6), что выход женщин из сферы оплачиваемого труда далеко не всегда был добровольным. Так, упомянутый опрос Госкомстата РФ демонстрирует, что только 42.5% домашних хозяек выбрали этот статус, мотивируя это отсутствием необходимости работать и потребностью ухода за детьми или другими членами семьи. Остальные женщины покинули сферу занятости вынуждено, а 8% в ходе экономических реформ не только потеряли работу, но уже и отчаялись найти ее вновь.

ТЕНЕВАЯ ЗАНЯТОСТЬ


В разделе, посвященном вопросам экономической активности, нельзя не остановиться на проблемах неофициальной занятости. Сегодня наблюдается бурный рост и расширение масштабов влияния теневой экономики. Неформальная и полуформальная занятость существует во всех регионах страны, во всех ее отраслях, практически на всех предприятиях вне зависимости от их формы собственности, размера и типа деятельности, однако особого "расцвета" она достигла все же на частных предприятиях. При этом рост численности занятых в неформальном секторе происходит подчас за счет перетока части работников, до этого занятых в формальном. Часто работники сочетают в своей жизни как формальную, так и неформальную занятость, при этом нередко неформальная занятость выступает как дополнительная (не основная), но приносящая работнику основную часть доходов. Отличительной чертой такого рода занятости является не только несоблюдение формальных правил оформления трудовых отношений, но главным образом нарушение практически всех социальных и трудовых прав работника. Для женщин общие проблемы неформальной занятости подчас усугубляются проблемами сексуальных домогательств на рабочем месте.

Официальных данных о масштабах теневой занятости не существует и о них можно только догадываться. Так, по мнению экспертов, доля женщин оценивается в пределах 35-39% общей численности или как 5-6 млн. человек.

СТАТУС ЗАНЯТОСТИ

С переходом российской экономики на рыночные отношения потерял актуальность прежний статус занятости "работники по найму у государства", подразделявшийся в свою очередь на рабочих, колхозников и служащих. Сегодня в России статус занятости фиксируется в соответствии с методологией МОТ: наемные работники, работодатели, занятые самостоятельно, члены производственных кооперативов, неоплачиваемые работники семейных предприятий.


Несмотря на то, что экономические преобразования в стране происходят почти целое десятилетие, подавляющее большинство работников — как женщин (96,3%), так и мужчин (94,6%) — по-прежнему работают по найму. Большинство из них трудится на акционерных и частных предприятиях. Доля занятых по найму на государственных предприятиях составляет около 40%. Опросы показывают, что женщины из всех форм найма предпочитают государственную, поскольку на предприятиях этого вида собственности чаще, чем где либо, соблюдается трудовое и социальное законодательство.

Работодателями являются 1,4% занятых мужчин и 0,8% женщин. Самозанятость распространена несколько шире: этот статус имеет 3,3% мужчин и 2,2% женщин. Практически отсутствуют работники, имеющие статус членов производственных кооперативов (0,6% мужчин и 0,3% женщин), и неоплачиваемые работники семейных предприятий (по 0,1% и мужчин и женщин).

Органы государственного управления рассматривают развитие женского предпринимательства как одно из важнейших направлений своей деятельности. Но государственная поддержка женского предпринимательства крайне ограничена как по масштабам, так и по видам помощи. В стране отсутствует система предоставления льготных кредитов для женщин-предпринимательниц. Финансируется очень мало обучающих программ для предпринимательниц, причем эти программы, как правило, не предусматривают практической помощи в организации собственного дела. Программы создания бизнес-инкубаторов и центров поддержки малого бизнеса не развиваются.

УРОВЕНЬ ОБРАЗОВАНИЯ


В России женщины, занятые в экономике, традиционно имеют более высокий уровень образования, чем мужчины. Так, в 1998 г. среди всех занятых мужчин доля тех, кто имел высшее образование, составляла 19%, а тех, кто имел среднее профессиональное образование — 28,9%. У женщин — соответственно 22,7% и 38,4%. Начальное профессиональное образование имеет всего 6% профессионально занятых женщин и 9% занятых мужчин.

Анализ соотношения долей юношей и девушек среди студентов различных типов учебных заведений показывает, что в ближайшее время указанные выше различия в уровне образования профессионально занятых мужчин и женщин вероятнее всего сохранятся. Ведь в 1998 г. среди студентов высших учебных заведений девушки составляют 56%, средних профессиональных — 57%, а в учебных заведениях начального профессионального образования их — 39% от всех учащихся.

СЕГРЕГАЦИЯ В СФЕРЕ ЗАНЯТОСТИ


Горизонтальная сегрегация.

Характерной чертой распределения работающих женщин по отраслям национальной экономики является их высокая представленность во всех без исключения секторах и отраслях. В этом смысле реформы не принесли кардинальных изменений. В настоящее время 37% всех работающих женщин занято в производственных отраслях (промышленности, сельском хозяйстве, связи, строительстве, на транспорте); 23% — сфере обслуживания (торговля, общественное питание, бытовое обслуживание и т.п.); 32% женщин сосредоточено в социально-культурных отраслях (здравоохранение, образование, культура и т.п.); 6% всех женщин, занятых в народном хозяйстве — в государственном управлении, финансовых и кредитно-страховых учреждениях.

Наиболее феминизированными являются социально-культурные отрасли. Так, в здравоохранении, физической культуре и социальном обеспечении женщины составляют 81% всех занятых, в образовании, культуре, искусстве — 79%. Равное участие мужчин и женщин наблюдается только в науке, научном обслуживании и управлении.

В целом в промышленности женщины составляют 39% персонала. Однако в различных подотраслях они представлены по-разному. Наибольшее число женщин сосредоточено в легкой, текстильной, машиностроении, химии и нефтехимии, пищевой промышленности (от 47% кадрового состава в машиностроении и металлообработке до 73% в легкой и текстильной отраслях).

Общее сокращение удельного веса женщин среди занятых по отраслям было неравномерным. Так, например, доля женщин среди занятых в торговле и кредитовании уменьшилась за период 1991-97 гг. на 18 п.п., в управлении — на 17, в строительстве и науке — на 3, а на транспорте и связи ситуация осталась без изменений.

В общем прослеживается четкая зависимость интенсивности сокращения доли женщин, занятых в отрасли, от изменения уровня заработной платы: чем быстрее растет заработная плата, тем быстрее из этой отрасли "вымываются" женщины, и наоборот, чем ниже по сравнению с общероссийской становится в отрасли заработная плата, тем быстрее из этой отрасли уходят мужчины.


Уровень отраслевой и профессиональной сегрегации является своеобразным отражением степени дискриминации женщин в сфере труда. Для оценки уровня сегрегации в мировой практике применяют специальный индекс — индекс диссимиляции.(7) Расчеты индекса диссимиляции отраслевой структуры за период 1928-1997 гг. показали, что изменение индекса диссимиляции по времени имеет интересную форму. Значение индекса в начальной точке (1928 г.), то есть в период "массового вовлечения советских женщин в общественное производство" существенно ниже его современного значения. Интенсивно этот индекс растет в России именно с середины 90-х годов (см. рис. 6). Если учесть, что в экономически развитых странах рост значения этого индекса, а, следовательно, и сегрегации, считается негативным явлением, то можно констатировать устойчивое ухудшение качества профессиональной занятости российских женщин.

Рис. 7. Индекс диссимиляции отраслевой структуры занятости в России
(1928-1997 гг.)




Вертикальная сегрегация.

Несмотря на более высокий уровень образования работающих женщин по сравнению с мужчинами, российские женщины по-прежнему практически выведены из сферы принятия решений. Причем это утверждение справедливо как для характеристики особенностей их занятости в органах государственной власти, так и на предприятиях всех размеров и форм собственности.

Общее преимущество в уровне образования реализуется женщинами только частично: большая часть из них (40%) заняты трудом специалистов. Но и здесь они сосредоточены на средних и низших ступенях квалификационной лестницы: среди руководителей всех уровней женщины составляют — 38%, в то время как среди служащих низкой квалификации, занятых подготовкой информации, оформлением документов — почти 90%.

В частном малом бизнесе среди руководителей фирм — женщин 18 из 100. Чаще всего женщины возглавляют малые предприятия в жилищно-коммунальном хозяйстве и непроизводственном бытовом обслуживании. Здесь доля женщин-руководителей составляет 54%. Среди руководителей малых предприятий здравоохранения и социального обслуживания женщин — 30%, в торговле и общественном питании — 24%.


Несмотря на то, что женщины составляют более половины государственных служащих (56,2%), в государственных органах власти наблюдается сильнейшая вертикальная сегрегация — женщины занимают преимущественно низшие ступени государственной службы. Так среди чиновников "высшей" группы женщин всего 5,7%, среди "главных" — 15,5%, "ведущих" — 31,1%, "старших" — 49,9%, а среди "младших" — уже 80,6%(8).

Среди занятых по рабочим профессиям картина аналогичная. По данным опроса по проблемам занятости населения в 1998 г., среди квалифицированных рабочих промышленных предприятий женщин было только 23%, в то время как среди неквалифицированных рабочих — 50,9%.

ОПЛАТА ТРУДА


По-прежнему актуальной остается проблема отставания женщин от мужчин по уровню оплаты труда. В советский период различия в оплате труда мужчин и женщин составляли в целом по народному хозяйству около 30% в пользу мужчин. Однако по оценкам исследователей, "дискриминационная составляющая" в этой разнице была невелика и равнялась 20-23%(9).

Радикальные экономические перемены, происходящие в нашей стране уже более десяти лет, мало изменили дифференциацию заработной платы по полу. По данным Госкомстата за 1998 г., женщины как и прежде в целом зарабатывают на 30% меньше мужчин. Правда, по данным альтернативных представительных опросов, эта проблема выглядит значительно более остро. Так, по данным ВЦИОМ, опубликованным в конце 1999 г., "женская" зарплата составляет только 52% "мужской"(10). Каковы факторы, определяющие рост различий в зарплате мужчин и женщин?

В первую очередь, это увеличение дифференциации средних значений заработной платы по отраслям. Так, например, если в 1990 г. средняя заработная плата в газовой промышленности превышала зарплату в учреждениях культуры в три раза, то в начале 1999 г. значение этого показателя выросло до 6.5. Рост межотраслевых различий в заработной плате продолжался, несмотря на подписание Президентом РФ еще в 1993 г. Указа "О первоочередных задачах государственной политики в отношении женщин", где в качестве одной из главных задач была поставлена "поэтапная ликвидация исторически сложившегося отставания в оплате труда в бюджетных отраслях с преимущественной занятостью женщин". В Плане мероприятий Правительства по реализации генерального соглашения между профсоюзами, работодателями и правительством на 1996 -1997 годы, в пункте 20 записано: "рекомендовать предусматривать в проектах Федерального бюджета и бюджетов всех уровней средства на оплату труда работников бюджетной сферы… не допуская снижения уровня средней заработной платы в бюджетных отраслях ниже 85% средней заработной платы в промышленности".

Таблица 2
Среднемесячная начисленная заработная плата мужчин и женщин по отраслям экономики в 1998 г. (на крупных и средних предприятиях и организациях)


Отрасли экономики

Распределение занятых по отраслям (в %)

Удельный вес женщин в общей численности работающих (в %)

Среднемесячная зарплата, руб.

Отношение зарплаты жен-н к зарплате мужчин (в %)

женщин

мужчин

женщин

мужчин

Всего в экономике

100

100

48

885

1258

70

- в том числе

 

 

 

 

 

 

Промышленность


18

26

38

1003

1456

69

Сельское хозяйство

9

18

32

429

474

91

Лесное хозяйство

0

1

21

616

610

101

Строительство

4

12

24

1257

1583

79

Транспорт

3

9

26


1286

1664

77

Связь

2

1

60

1269

1804

70

Торговля, обществ. питание

19

11

62

941

1284

73

Информационно-вычислительное обслуживание

Н/д

Н/д

Н/д

1428

2033

70

Геология, разведка недр

Н/д

Н/д

Н/д

1206

2043


59

Жил.-ком. хозяйство

5

6

46

1009

1297

78

Здравоохранение, физкультура

12

2

81

684

871

79

Образование

18

4

79

624

752

83

Культура, искусство

 

 

 

613

757

81

Наука, научное обслуживание

2


2

50

882

1192

74

Финансы, кредит, страхование

2

1

71

1986

2565

77

Управление

4

4

48

1590

1901

84

Другие отрасли

2

3

25

-

-

-

Крайне велики различия в заработной плате мужчин и женщин, занятых в одной отрасли, возникающие в результате профессионально-квалификационной сегрегации. По данным специального обследования, проведенного Госкомстатом РФ в 1995 г. в 20 отраслях национальной экономики, во всех отраслях (кроме одной — машиностроения) заработная плата женщин была ниже, чем у мужчин. А соотношения зарплаты женщин и мужчин варьировались от 0.44% (в добыче угля подземным способом, где доля женщин среди всех занятых составляла 23%) до 91% (в хлебопекарной промышленности, где доля женщин — 67%). Даже в отраслях, в которых традиционно заняты преимущественно женщины, их заработная плата была меньше. Так в швейной промышленности (по обследованным предприятиям) женская зарплата составляла только 82% зарплаты мужчин (женщины составляют 86 % занятых), в здравоохранении — 67% (женщин — 87%) и т.д.


Несколько меньше различается заработная плата мужчин и женщин, работающих по одноименным профессиям. Так в 1997 г. женщины учителя школ получали 97% от заработной платы мужчин учителей, женщины-врачи — 80%, женщины-операторы технологических установок 81%. Существуют и такие профессии, по которым женщины получают больше, хотя таких профессий — единицы, например, штукатуры (в строительстве) и кочегары производственных печей (в хлебопекарной промышленности). Женщины, занятые по первой профессии в среднем получают заработную плату на 4% больше, чем мужчины, а занятые по второй — на 5%.

РАБОЧЕЕ ВРЕМЯ


С 1992 г. в КЗоТе РФ (ст.42) законодательно закреплено, что нормальная продолжительность рабочего времени работников на предприятиях, в учреждениях, организациях не может превышать 40 часов в неделю. Однако в последние годы фактическая продолжительность рабочего времени работников меньше этого значения. В 1998 г. у мужчин среднее время работы на основном или единственном рабочем месте составило 39 часов в неделю, у женщин — 36.

Важная характеристика современного положения работающих женщин — их занятость в условиях неполного рабочего времени. Следует отметить, что по сравнению с социалистическим периодом отношение к такого рода занятости кардинально изменилось. Дело в том, что при социализме занятость в режиме неполного рабочего времени рассматривалось, в основном как льготные условия труда и была доступна не каждому работнику. Еще в 80-х годах занятость в режиме неполного дня наравне работой на дому или по гибкому ("скользящему") графику рассматривались как "меры по снижению совокупной трудовой нагрузки женщин". Несмотря на многочисленные исследования, публикации и постановления Правительства тех лет, доказывающие чрезвычайную полезность для всех сторон такой организации труда, масштабы такой занятости были невелики. Так, накануне радикальных экономических перемен на таких условиях было занято около 1% всех работающих. В то же время социологические опросы показывали, что более 80% работавших тогда женщин хотели иметь такой режим труда(11).


Сегодня такого рода занятость, как правило, больше не является добровольным выбором. Так среди женщин, имевших в 1996 г. трудовой договор на неполную рабочую неделю, 66,4% были переведены на этот режим по инициативе администрации, 9,4% — не смогли найти работу с полным рабочим временем и лишь 10% сами изъявили желание работать неполный день. При этом занятость в режиме неполного рабочего времени растет быстрыми темпами, причем в основном среди женщин. Как показывают данные государственной статистики в 1998 г., менее 30 часов в неделю на основной работе отработали 14,7% женщин, в то время как среди мужчин таких только 7,6%.

Именно рост вынужденной неполной занятости во многом объясняет несоответствие темпов падения производства в стране (на 54% за период 1990-98 гг.) и сокращения числа занятых в национальной экономике (только на 15%). Сегодня большинство директоров промышленных предприятий, которые в условиях экономического кризиса работают с неполной загрузкой, в ожидании изменения экономической конъюнктуры (а иногда опасаясь социального взрыва) стараются решать кадровые проблемы не столько увольнением части рабочих, сколько использованием режима неполного рабочего времени.

ДИСКРИМИНАЦИЯ ПРИ ПРИЕМЕ И УВОЛЬНЕНИИ С РАБОТЫ

Несмотря на то, что российским трудовым законодательством дискриминация женщин в сфере занятости запрещена, это явление широко распространено. Причем как показывают социологические опросы, проблема дискриминации в сфере занятости постепенно становится все более острой. Исследование в Рыбинске(12) показало, что сегодня 35% опрошенных мужчин и 47% женщин считают, что в сфере занятости мужчины и женщины не имеют равных прав, при этом 47% мужчин и 54% женщин считают, что за годы радикальных экономических перемен положение с правами женщин в стране ухудшилось. Сегодня дискриминация по признаку пола особенно характерна при приеме или увольнении с работы. Такие признаки, как возраст, семейные обязанности и наличие детей стали гораздо более значимы по сравнению с профессионально-квалификационными признаками.


Как правило, дискриминация женщин (равно как и мужчин) при приеме на работу начинается уже с момента подачи работодателем объявления об имеющейся вакансии. В подавляющем большинстве из них указывается пол, возраст кандидата, а иногда еще и требования к его внешности (последнее, как правило, печатается, если работодатель стремится нанять на работу женщину). Исследования показывают, что среди объявлений негосударственных служб занятости и отдельных работодателей каждое четвертое содержит требование к полу нанимаемого работника. Это объясняется, главным образом, отсутствием четкой нормы в трудовом законодательстве, запрещающей публикацию такого рода материалов.

Но если женщин принимают на работу в последнюю очередь, то увольняют в первую. На существование практики дискриминационного увольнения женщин, указывает тот факт, что женщины чаще, чем мужчины, оказываются без работы в связи с высвобождением по сокращению штатов, а не в результате увольнения по собственному желанию. Так, в 1997 г. среди безработных женщин доля высвобожденных составила 37%, тогда как мужчин — 30%; в то же время уволившихся по собственному желанию женщин было 20%, а у мужчин 30%.

УСЛОВИЯ ТРУДА


Проблема занятости женщин на рабочих местах с вредными и особо вредными условиями труда остается актуальной. По официальным данным, в 1998г., только в промышленности 866 тыс. женщин работали в условиях, не отвечающих санитарно-гигиеническим нормам, и были заняты тяжелым трудом, в строительстве — 107 тысяч. Каждый год около 40 тыс. женщин получают производственные травмы.

Но особо остро проблема занятости во вредных условиях стоит у мужчин, которые составляют большинство в этой категории работников. Так в промышленности, строительстве, на транспорте среди занятых в условиях, не отвечающим санитарно-гигиеническим нормам мужчин — 73%, среди занятых тяжелым физическим трудом — 84%. Здесь следует оговориться: приведенные данные о занятости в неблагоприятных условиях труда не полностью отражают фактическое положение дел, реальные цифры по оценкам специалистов — выше. Причина расхождения данных, в том, что Госкомстат РФ ведет лишь выборочную проверку предприятий по данной проблеме.


Естественно, что при таких особенностях занятости во вредных условиях труда у мужчин вероятность пострадать на производстве от несчастных случаев (в том числе и со смертельным исходом) значительно выше, чем у женщин. В целом в 1998 г. по всем отраслям экономики среди каждых 100 тыс. работающих мужчин 720 чел. пострадали от несчастных случаев на производстве без смертельного исхода и 24 человека со смертельным исходом, в то время как среди женщин соответственно "только" 272 и 2 человека.

Таблица 3
Удельный вес работников, занятых во вредных и опасных условиях труда (конец 1998 г.)( в % от общей численности работников соответствующего пола в данной отрасли)


Работали в условиях, не отвечающих санитарно-гигиеническим нормам

На предприятиях и в организациях

промышленности

строительства

транспорта

связи

- Всего

21.4

9.9

10

2.8

- мужчины

26.4

11

12.2

4.4


- женщины

14.9

6.3

5.1

2

В последние годы четко прослеживается тенденция ухудшения условий труда. Этот процесс во многом обусловлен спадом производства, стремительным старением производственного оборудования и отсутствием средств на его замену. Достаточно сказать, что в 1970 г., например, в промышленности, средний возраст такого оборудования составлял 8,4 года (возраст 41% оборудования составлял менее 5 лет, а оборудование, имеющее возраст свыше 20 лет, составляло только 8% всего парка). Сегодня эта картина принципиально иная: средний возраст оборудования составляет уже 15 лет (только 9% всего оборудования имеет возраст до 5 лет и свыше 25% — более 20 лет. Отсутствие в России инвестиций не позволяет ожидать в ближайшем будущем изменения ситуации. Немалую роль в распространении травматизма на производстве, по данным Рострудинспекции РФ, играет снижение дисциплины труда, развал государственной системы охраны труда.


(1) В соответствии с методологией МОТ, экономически активное население — это часть населения, обеспечивающая в рассматриваемый период предложение рабочей силы для создания товаров и услуг и представляющая совокупность занятых в экономике и безработных. К занятым в экономике относятся лица, которые в рассматриваемый период выполняли работу или временно отсутствовали на работе по таким причинам как болезнь, уход за больным, отпуск и пр. К безработным относятся лица в возрасте, установленном для измерения экономической активности, которые в рассматриваемый период одновременно 1) не имели работы (доходного занятия), 2) занимались поиском работы или предпринимали шаги к организации собственного дела в течение 4-х недель, предшествующих неделе опроса, 3) были готовы приступить к работе в течение 2-х недель после обследуемой недели. Экономически неактивное население — это лица, которые не относятся к занятым или безработным в течение рассматриваемого периода.


(2) В лекции использованы данные официальной статистики, опубликованные в сборниках Госкомстата РФ. Другие источники оговариваются особо.

(3) Госкомстат РФ традиционно рассчитывает большинство показателей занятости населения именно для этого возраста.

(4) Сокращение численности официально зарегистрированных безработных, произошедшее в 1996 г., во многом связано с переливом зарегистрированной безработицы в незарегистрированную. Основными причинами этого явления стали несвоевременная выплата пособий, отсутствие реальных возможностей трудоустройства и профессионального обучения, установление более жестких требований к регистрации безработных (после принятия в мае 1996 г. изменений и дополнений к Закону "О занятости населения"), установление нового порядка участия в общественных работах, в соответствие с которым безработный лишается своего статуса на время участия в таких работах и пр.

(5) В соответствии с методикой, данные об экономической неактивности населения сначала дифференцированы по критерию "лица желающие/не желающие трудиться", а затем в каждой группе данные группируются по разным основаниям: в группе "желающих" по категориям (учащиеся, пенсионеры и пр.), а в группе "не желающих" по критерию ищут/не ищут работу.

(6) Например: Рощин С.Ю. Занятость женщин в переходной экономике России. М.:ТЭИС, 1997, сс.104-105, Баскакова М.Е. Проблемы и права работников с семейными обязанностями. // Права женщин в России исследование реальной практики соблюдения и массового сознания. М.: МЦГИ. 1998. Т.1. С. 241-242.

(7) Индекс диссимиляции определяется следующим образом:

,

где

— процент всех работников-мужчин, занятых в профессии или отрасли i

- процент всех работников-женщин, занятых в профессии или отрасли i.

Этот индекс показывает, какой процент работников одного пола должен был бы изменить свои отрасли, при условии, что работники другого пола остаются на своих работах, что бы имело место равное распределение мужчин и женщин отраслям. Индекс диссимиляции может изменяться в пределах от 0 до 100. Значение "0" этот индекс принимает в случае полного совпадения структур, а значение "100" индекс может приобрести в случае 100% разделения труда по полу. Соответственно падение значения индекса в какой-либо период времени говорит о снижении сегрегации, рост индекса — об ее увеличении.

(8) Информационно-аналитический материал о численности и составе женщин, занятых в федеральных и региональных органах государственной власти. — М.: 1998, с.5

(9) Кац К. Заработная плата мужчин и женщин в бывшем СССР // Женщины и социальная политика. М. ИСЭПН РАН, 1992. С.141-155.

(10) Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены // М., ВЦИОМ, 1999, №6. С.73.

(11) Условия труда и быта женщин. Статистический сборник. — М.:1992, с. 286-294

(12) Права женщин в России: исследование реальной практики их соблюдения и массового сознания. М.: МЦГИ, Т.1, 1998.